Системная семейная терапия субличностей

Как следует понимать слитность или запутанность отношений особенно между представителями двух поколений (родитель-ребенок)? Психодинамические модели указывают на интрапсихическую патологию у родителя. Модели семейной терапии указывают на в структурные проблемы в семье. Модель ССТС полагает, что слияние родителя и ребенка поддерживается наличием ограничений на одном из уровней семейном, интрапсихическом и даже на уровне культуры. Здесь, однако, я бы хотел сосредоточиться на внутренних и семейных паттернах детско-родительских и других слияний.

Снова обратимся к принципу сбалансированности. Например, если отец семейства не смог сформировать близких, доверительных отношений со своей женой он может попробовать создать их с дочерью. Близость в отношениях отца и дочери отдаляет мать, которая начинает отстраняться еще больше. Тот же процесс наблюдается и на интрапсихическом уровне. Если отец отправляет в изгнание свои юные, нуждающиеся в заботе субличности, так, что они не получают от Самости близости и поддержки, они будут отчаянно стремиться найти внимание за пределами внутренней системы отца. Если когда-то жена, столкнувшись с его потребностью в поддержке, отреагировала в соответствии с указаниями своих критикующих или холодных Менеджеров, его Изгнанникам больше не дозволяется искать ее внимания из страха повторной травмы. Они обращаются к дочери, потому что она более доступна и с нею безопаснее.

Другими словами, в этом примере отец пытается сделать так, чтобы о его детских субличностях заботилась дочь. Его Изгнанники зависят от ее Менеджеров. Это приводит к инверсии наделенных властью ролей Бремя заботы и опеки достается дочери, что ограничивает лидерство ее собственной Самости и переводит ее нуждающиеся части личности в Изгнанники. Когда у нее появятся свои дети, она с высокой вероятностью сама создаст запутанные и слитые отношения и с ними, и этот паттерн слияния передастся из поколения в поколение, подобно хромосоме. Таким образом, один из типов слияния Менеджеров и Изгнанников выглядит так: Изгнанники одного члена семьи чувствуют сильную зависимость и «цепляются» за Менеджеров другого.

В другой форме такого слияния человек, сильно травмированный в детстве, начинает стараться стать другим человеком или войти в его жизнь. Юные субличности обычно думают, что если им удастся проникнуть в другого, им станут доступны его сила, жизнерадостность, уверенность любое качество, которым, по мнению субличности, она сама не обладает. Они также могут быть уверены, что если они не сольются с другим человеком тот их бросит. Субличности открывают свои границы другому человеку, и уже сами начинают путаться где кончается он сам и начинается другой. Они пытаются слиться с кажущимся сильным Менеджером другого человека чтобы действовать, выглядеть и чувствовать как другой.

Третий вариант, обсуждавшийся в предыдущих главах: Изгнанники многих людей несут на себе Груз никчемности, которым их в детстве нагрузили жестокие или отвергающие взрослые. Ими движет поиск искупления через одобрение и признание со стороны того, кто выглядит, говорит, или действует как тот, первый насильник, он же спаситель. В результате Изгнанники оказываются привязанными к Менеджерам человека, которого воспринимают как потенциальную замену избавителю от этого Груза. Они отчаянно добиваются его одобрения, любви или защиты; готовы на все, чтобы это заслужить; им хорошо только, когда этот человек рядом.

И, наконец, слияние может быть результатом страха потери или физического повреждения. У человека, неожиданно потерявшего родителя или ребенка, может образоваться Изгнанник, застрявший в том времени. Его отношения с другими членами семьи будут определяться страхом новой потери или отвержения и с их стороны, так что он на всякий случай максимально сближается с ними и начинает контролировать этих членов семьи.

В некоторых случаях эти страхи не являются результатом застревания в прошлом, а объяснимы актуальной ситуацией. Многие городские семьи в США живут в опасной, практически военной обстановке. Многие семьи, с которыми мы работаем в чикагском Институте изучения юношества (Institute for Juvenile Research in Chicago) живут в районах, где убийства, изнасилования и грабежи происходят с пугающей регулярностью. Некоторые родители в таких семьях чрезмерно опекают и сливаются со своими детьми. Многим детям не разрешается выходить из дому никуда кроме школы. Такое слияние может казаться удушающим, но это вопрос выживания. Дети несут на себе бремя родительской тревоги; например, им трудно сосредоточиться во время урока в школе ребенок хочет домой, убедиться, что с мамой все в порядке. Такое оберегающее слияние может быть актуально и внутри семьи. Например, если в семье отец склонен к насилию мать и дети могут держаться вместе, чтобы быть в состоянии друг друга защитить.