Сладкое зло

Все-таки он был обижен — это чувствовалось по голосу, — и у меня слезы подступили к глазам.

— Прости меня, Джей, мне так жаль. Прошу тебя, пожалуйста, позвони мне в ту самую секунду, как выйдешь с концерта, и расскажи всё-всё-всё. Даже если будет очень поздно — мне неважно. Обещаешь?

— Ладно. Разумеется.

Разочарованный тон, которым он это произнес, разрывал меня на части. Мы попрощались, я повесила трубку, и мне тут же до зуда в пальцах захотелось снова позвонить Каидану — якобы поговорить о песнях Джея. Тогда я отбросила телефон, как ядовитую змею. Он перелетел через всю комнату и приземлился на кресло у противоположной стены.

В одиннадцать тридцать вечера в четверг я сидела у себя на кровати с телефоном на коленях. Патти знала, что Джей должен позвонить поздно вечером. Как только раздался звонок, я схватила трубку и прошептала в нее:

— Алло?

— Подруга, ты пропустила лучший концерт всех времен!

Я улыбнулась. По крайней мере, он, судя по голосу, больше из-за меня не расстраивается.

— Как твоя песня? Ее хорошо приняли?

— Слушай, я не шучу — в миллион раз лучше, чем я мог себе вообразить.

От переполнявшей его радости у меня закружилась голова.

— Правда? Настолько хорошо?

— Точно. Мне не терпится тебе рассказать. Все раскачивались под нашу песню, весь зал. Я чуть не плакал, как большой… нет, как ты! Но всё-таки не плакал. — Он удовлетворенно вздохнул.

— Я так счастлива за тебя, Джей! Ты это заслужил.

До чего же я жалела в этот момент, что не пошла, — спряталась бы в уголке зала или придумала бы что-нибудь еще.

— Они собираются в будущем году в Лос-Анджелес, записывать диск.

Я не ответила. Лос-Анджелес? Он переедет туда? Я перевернулась на бок и, по-прежнему держа трубку возле уха, сжала в объятиях свою большую подушку.

— Ты здесь еще? — спросил Джей.

— Да, здесь. Извини. Это… грандиозная новость.

— Ага. И еще одна вещь. Правда, не знаю. Может быть, я не должен тебе говорить.

Вот оно!

— Ну, раз уж начал, то придется.

— Ладно, скажу. После концерта, за кулисами, вокруг Каидана, как всегда, толпились девчонки.

Господи, таков уж Джей — не может не паясничать.

— Но как только он увидел меня, так разом всех их оставил и подошел ко мне. Сказал, что ему понравились наши песни, — круто. А потом спросил, где ты, я ответил, что дома. И тут он весь такой: как она? А я типа: спасибо, чел, получше. И дальше, не понимаю, бред какой-то. Он, как это услышал, сразу рванул на выход — даже на вечеринку не остался. — Джей помолчал. — Так что между вами на самом деле произошло, ребята?

Донельзя смутившись, я прошептала:

— Не знаю.

Он спрашивал обо мне. Он не остался на вечеринку.

Джей принялся рассуждать:

— Может быть, он из тех игроков, которые предпочитают соблюдать дистанцию.

— Да, вполне вероятно, — поддержала я. — Или, к примеру, у него серьезные проблемы с папашей.

Джей расхохотался.

Как же мне хотелось, чтобы это и правда было шуткой!

Глава двадцать перваяЧай для двойняшек

В последний день распродаж перед началом учебного года мы с Патти отправились в торговый центр. В небе сгущались тучи, и на забитой машинами крытой парковке было так темно, что мне пришлось усилить зрение. Пока Патти доставала из кошелька ключи, я держала обе наши сумки с покупками, и если бы не пользовалась усиленным зрением, то вполне могла бы и не увидеть компанию в противоположном конце парковки.

Там стояли и наблюдали за мной четверо испов — двое парней и две девушки, все с маленькими светящимися значками. Я чуть не выронила сумки — правда, успела вовремя подхватить. Потом как бы случайно огляделась по сторонам, делая вид, что ничего не заметила. На ум мне пришли слова Каидана: испы не ходят друг к другу без приглашения, если не нарываются нарочно на неприятности.

Несмотря на охватившую меня панику, я старалась не подавать виду и сохранять нейтральное выражение лица. Хорошо бы Патти не было рядом.

Патти отперла обе дверцы, и мы забрались в машину. Украдкой взглянув на четверых, я обнаружила, что они уже садятся в сверкающую черную машину в соседнем ряду. Значит, поедут за нами. Надо подумать, как быть.

Я достала из отделения для перчаток ручку, взяла в одной из сумок чек и дрожащей рукой стала строчить на обороте записку:

За нами хвост. Действуй нормально. Не езди домой.

Притормози на повороте у начальной школы, я выскочу и побегу. Поезжай дальше к церкви.

Позвоню тебе на сотовый, как будет безопасно.

Держа записку между нами, я показала ее Патти. Она быстро опустила глаза, потом снова перевела взгляд на дорогу. Костяшки ее пальцев побелели, и она коротко и яростно мотнула головой в знак отрицания. Вот это да! Как бы ее убедить?

Побегу к спорткомплексу!