Slash. Демоны рок-н-ролла в моей голове

Мы оказались в ловушке за кулисами и не знали, что делать. Вдруг появился Дуг и сказал, что ему нужно немедленно нас увезти и что на погрузочной площадке нас ждет полицейский эскорт. Мы нырнули в заднюю часть салона двух фургонов, чтобы нас никто не увидел, и поехали прямиком в Чикаго. Мы бы никак не смогли выступать там, потому что в Сент-Луисе все наше оборудование разорвали в щепки. Этот инцидент обошелся нам очень дорого, мягко говоря, – одному только стадиону нанесли ущерб в 200 тысяч долларов.

На какое-то время мы остались в Чикаго, потому что последствия инцидента в Сент-Луисе еще не закончились. Он стал огромной катастрофой для людей и всего города, а Guns N’ Roses навсегда запретили там играть.

Когда в 1995 году я вернулся в Сент-Луис с группой Snakepit, то вечером перед концертом прогулялся от отеля вдоль ряда баров неподалеку. Я не собирался уходить далеко и не взял с собой охрану, потому что знал, что встречусь там с нашей командой, но когда я шел по главной улице, то увидел перед собой пятерых байкеров и никого вокруг, и на мгновение я забеспокоился. Была темная ночь, я шел по довольно темной улице, где высокие уличные фонари освещали участки земли через каждые несколько метров. Я подошел к ним поближе, они посмотрели на меня, а я посмотрел на них. Один из них слез с мотоцикла, подошел ко мне вплотную, и я мог только гадать, чем это закончится.

– Привет, мужик, – сказал он, широко улыбаясь. – Я тот парень, которому вломил Аксель.

Как будто я должен был за это похлопать его по плечу. Он думал примерно так: «Эй, мы ведь оба против Акселя, да?» Похоже, он решил, что у нас есть что-то общее, но со мной так не получится. Если кто-то будет говорить про Акселя всякое дерьмо, я набью ему морду. Только я могу так делать, потому что имею на это право, а не какой-нибудь выскочка с улицы, который его даже не знает. В тот момент я ощутил сильное напряжение, но парень начал свой рассказ почти извиняющимся тоном.

Он тогда как раз только получил через суд компенсацию за ущерб. Кажется, ему ее выплатили за пару дней до нашей встречи. Ситуация была напряженная: было очевидно, что парню снесло крышу от таких денег, которые внезапно на него свалились, и он не собирался распоряжаться ими мудро. Его дружки, похоже, тратили состояние вместе с ним, потому что они явно вышли вечером на улицу пьянствовать и творить беспредел. Парень был самым низкорослым из всей компании и, как и все ребята небольшого роста, старался произвести впечатление на всех, кто попадался ему на глаза. Он только что заработал повод похвастаться – и приличную сумму из наших денег, – но, как он рассказал мне за те несколько минут, пока я с ним стоял, какое-то время после того случая он даже не мог выходить из дома. Ему угрожали убийством по телефону, по почте и все такое. Только после того, как город выиграл судебный процесс – после чего он тоже выиграл, – ситуация изменилась в его пользу.

Меня этот парень совершенно не впечатлил. Я так ему и сказал, а еще – что мне пора, и на этом все. Так на чем я остановился?

После того случая в Сент-Луисе мы сделали перерыв на несколько недель и внесли последние штрихи в альбомы Illusion. Мы отпраздновали это несколькими концертами на лос-анджелесском Форуме, которые стали кульминацией карьеры нашей группы. Когда я думал о Форуме, я представлял Боуи, Zeppelin, Aerosmith и AC/DC; это знаковое место. С точки зрения местного хвастовства, это было почти то же, что играть на стадионе «Лонг-Бич», только лучше. Не знаю, что чувствовали остальные, но, когда лимузин подъехал к подъезду, я мог думать только о том, как смотрел там с мамой концерт Рода Стюарта. У меня в воображении проносились все подобные картинки, связанные с этим местом. На всех наших концертах был аншлаг, и прошли они просто потрясающе. В последний день мы играли там три с половиной часа – за всю историю группы это был самый длинный концерт. Это шоу состоялось 29 июля 1991 года, в тот самый день, когда закончили сводить наши альбомы. Как сказал Аксель со сцены: «С этим ублюдком покончено!»

Пока альбомы оформляли к релизу, мы продолжили играть со Skid Row на разогреве – можете представить себе уровень беспредела, который творили мы с Мэттом, Даффом и Себастьяном Бахом. Себастьян был полон энтузиазма и ужасно молод и зелен: чего мы только в жизни ни делали, а с ним начали все по новой. Эта часть турне по Штатам и Европе стала самой дебоширской и вывела гедонизм на новый уровень. Было даже чересчур весело, потому что Skid Row только взлетали и были такими же молодыми и голодными, как мы в те времена, когда играли с Mötley.

Очень жаль, что Себастьян больше не любит Даффа, Мэтта и меня: мы прослушивали его, когда искали вокалиста в группу, которая в итоге станет Velvet Revolver, но ничего не вышло. Получившееся тогда сочетание я бы назвал Skid Roses. Должен сказать, я удивился, узнав, что в последнее время Себастьян о нас плохо отзывается.