Slash. Демоны рок-н-ролла в моей голове

Мы с Мэттом решили, что будем выступать вместе, и договорились позвонить Даффу, который переехал обратно в Сиэтл, чтобы спросить, не хочет ли он к нам присоединиться. Вместе со Стивом Джонсом из Sex Pistols он собрал группу Neurotic Outsiders, они выпустили альбом и отправились в турне. Затем группа распалась; Дафф собрал новую группу с несколькими друзьями из Сиэтла под названием Loaded. За последний год я несколько раз с ним виделся: он приезжал ко мне на день рождения, и однажды мы с Иззи играли в студии, так что мы общались и поддерживали контакт.

Нам нужен был вокалист (как обычно) и ритм-гитарист. Я положил глаз на Джоша Тодда и Кита Нельсона из Buckcherry. Я узнал, что их группа распалась, так что это мог быть наш шанс. Мне нравился голос Джоша в некоторых из его записей, а теперь, похоже, представилась хорошая возможность испытать его в деле.

Нам хотелось сделать что-то особенное, поэтому Мэтт позвонил B-Real и Сену Догу из Cypress Hill и спросил, не хотят ли они приехать и сыграть с нами песню. Они согласились, так мы все собрались на репетицию, и это был по-настоящему знаменательный день. Когда мы вошли в «Мейтс», то ощутили знакомые вибрации, оказавшись снова в студии с Мэттом и Даффом, я сразу же почувствовал химию, которая была между нами на сцене на каждом концерте Guns. Мы втроем стали играть, а остальные наблюдали, и в тот момент, когда прозвучал первый аккорд, у нас появилось ощущение уверенности и музыкальной общности, которая говорила сама за себя. И говорила следующее: «Вот как это делается, мальчики».

Мы отрепетировали Paradise City, It’s So Easy, Mama Kin, Jailbreak группы Thin Lizzy, Rock-n-Roll Superstar и Bodies группы Sex Pistols. B-Real и Сен Дог зачитали рэп на стихи Paradise City. Вышло чертовски круто. Впервые с того момента, как я собрал первый состав Snakepit, я ощутил музыкальное удовлетворение. Меня окружали музыканты, которые знают, как сохранить отличный грув и обеспечить еще более отменную подачу. Наше единство с Мэттом и Даффом проявлялось очень явно. Когда мы начали играть, люди, работавшие и репетировавшие в тот день в студии, стали к нам заглядывать. Вскоре у нас собралась небольшая аудитория, и своим звучанием мы буквально размазали их по стене.

Концерт в честь Рэнди состоялся в клубе «Ки» 29 апреля 2002 года. Впервые за много лет столько участников Guns собрались вместе на одной сцене. Мы играли последними и просто взорвали это место. Пришел Стивен Тайлер и сыграл с нами Mama Kin. В общем, это был знаменательный вечер. Я был на седьмом небе.

На следующий день я был дома с Перлой, и мне позвонил Дафф.

– Привет, приятель, – сказал он. – Круто сыграли вчера вечером. Типа по-настоящему круто.

– Ага, это так, – ответил я. – Я все утро об этом думал.

А думал я только о том, что зря тратил время раньше. Я кое-как пытался сработаться с другими музыкантами. Они талантливые парни, без сомнения, но никто из них мне не подходил. Я все искал чего-то, а то, чего я искал, все это время находилось у меня перед носом.

– Дафф, нам нужно что-то с этим сделать, – сказал я. – Будет глупо не попробовать. Плевать на ассоциации с Guns N’ Roses.

– Ну… хорошо, – ответил он. – Давай!

Мы с Даффом никогда не высказывали этого вслух, но оба подсознательно избегали совместной работы. Мы не хотели, чтобы на нас поставили крест и повесили ярлык: нам не хотелось, чтобы в сознании людей мы попали на полочку с надписью «сторонний проект бывших участников Guns». К тому моменту прошло уже достаточно времени, а даже если бы не прошло, мы снова испытали на себе энергетику, которая возникает от совместной игры, и поняли, что мы выше каких-то там дерьмовых ожиданий.

Мэтт был с нами, и, так как Джош и Кит тоже решились на этот проект, мы стали играть вместе несколько дней в неделю у них на репетиционной базе в Северном Голливуде. Я не был в них уверен, потому что не знал, каковы они в деле, но хотел попробовать.

Кит и Джош принесли пару хороших песен, над которыми мы поработали, а с Даффом мы начали придумывать все прямо на ходу, так же естественно, как и всегда. Единственное, что мне не нравилось в этом месте, так это то, что я вообще не слышал пения Джоша. Меня стал беспокоить тот факт, что спустя несколько недель, пока мы все больше и больше вовлекаемся в процесс, я по-прежнему не знаю, как вся группа звучит целиком. Я стал нас записывать и оказался очень удивлен. Послушав записи, я пришел в ужас: голос у Джоша звучал слишком плоско и скрипуче. Он отвлекал от музыки, не говоря уже о том, что пел он немного не в той тональности.

Стыдно признаться, что из-за этого я чуть не ушел из группы раньше времени. Я думал, что Дафф и Мэтт тоже прослушали записи наших репетиций. Я сделал поспешный вывод, что раз никто больше не возражает, то всем нравится получившееся.

– Я так больше не могу, – сказал я как-то Даффу и Мэтту после репетиции. – С меня хватит.

– Эй! Ты о чем вообще? – спросил Дафф.

– Что случилось? – спросил Мэтт.