Читаем Славянские древности полностью

Варны (Vamavi, Varnabi) — племя, обитавшее к востоку от ободритов на реке Варне; так же, как и ободриты, они не заходили на юг дальше реки Эльды и Плавского (Plauer See) и Мюрицкого (Müritz) озер. На западе от ободритов сидели вагры и полабяне. Вагры (Wagri, Wagiri) занимали бо́льшую часть Голштинии: занимаемая ими территория простиралась от моря и Травны вплоть до Эдгоры (Eider), к Неймюнстеру и к Сегебергу. Далее шли лишь отдельные поселения, тянувшиеся вплоть до линии Рендсбург — Эльсмгорн. Остров Фемарн (Fehmarn) также занимали вагры. Еще в XII веке источники упоминают на земле вагров ряд округов (pagus), среди которых Суселци (Susle) и округ Плун, центром которого являлось сильно укрепленное поселение (нынешний Plön). Однако главным укрепленным пунктом вагров был Старгард-Адленбург, нынешний Ольденбург в Голштинии.

Полабы (Polabi) жили по течению Лабы, откуда и их название, являвшееся, по-видимому, собирательным для ряда мелких племен, к которым принадлежали смолинцы (Smeldingi), обитавшие у устья Эльды, ветничи, или бетенчи[366], и племя, населявшее округ Mintga; оба последних племени обитали рядом с линянами.

Неясно, к ободритам или лютичам следует отнести большое племя древан, занимавших левый берег Эльбы вплоть до линии Гамбург — Целле — Брауншвейг — Гельмштедт — Магдебург. В центре земли древан протекала река Йесна (нынешняя Иетцель), на которой остатки славянского населения удержались наиболее долго, вплоть до середины XVIII века (см. стр. 118). Древнее имя Dråwaina (Dravehn) сохранилось до сих пор в области между Люховом (Lüchow) и Ольшиной (Uelzen). В остальном же источники упоминают племя древан только один раз — в грамоте Генриха II от 1004 года (Drevani).

Велеты, или лютичи. Велеты были сильным племенем, следы которого мы, по всей вероятности, находим уже во II веке у Птолемея под названием Οὐέλται (III, 5, 10). Правда, они на его карте помещены значительно дальше к востоку, где-то за Вислой, на прусском побережье; это объясняется тем, что либо Птолемей был плохо информирован о местности за Вислой, либо — и это наиболее вероятно — велеты в доптолемеевский период обитали еще дальше на восток и в новые области на Эльбе, где о них уже говорят документальные источники, попали позднее, когда началось общее продвижение славян на запад и когда германцы во II–IV веках покинули восточную Германию.

В IX–XI веках велетами (Veiti, Veleti, Veletabi) называлась главным образом группа из четырех племен, обитавших между областью ободритов и Одером. Это были хижане, черезпеняне, доленчане и ратари, союз которых характеризовался прежде всего общим культом богов и общим храмом в исстари известной Ретре. Наименование Velti, видимо, связано со славянским корнем Vel — magnus (см. русское волот), но некоторые полагают, что оно не славянское и дано не славянами. Однако одновременно с этим названием в источниках появляются и другие, явно являющиеся синонимом приведенного наименования[367], например вильцы, то есть волки (древнеславянское влък, польское wiłk, множественное число wiłci), или же Lutici, то есть потомки Люта (от древнеславянского лютъ — жестокий). Черты национального характера велетов, по крайней мере в той степени, в которой они известны нам по историческим памятникам, действительно совпадают с этими эпитетами.

Велеты всегда характеризуются источниками как самый мужественный и самый воинственный славянский народ[368], и этой характеристике они обязаны прежде всего проводившейся ими с VIII по XII век упорной борьбе против германского господства и насаждения среди них христианства. Ни один славянский народ не вел в то время такой упорной, ожесточенной борьбы с немцами. Отсюда и возник эпитет Vilci (волки), Lutici (лютичи), поэтому они упоминаются чаще других и поэтому наименование «вельт» проникло и в скандинавские саги, и в русские былины, в которых народная традиция сохранила его в значении великана[369].

Если учесть роль, которую в XI и XII веках играли эти славянские племена на Балтийском море, то весьма вероятно, что колонии велетов могли проникнуть и в более отдаленные страны, как, например, в Голландию, где о них, например, напоминает Beda[370] oppidum Wiltorum неподалеку от Утрехта. Однако одно лишь сходство наименований при отсутствии других данных еще недостаточно для того, чтобы сделать такой вывод. В еще большей степени это относится к отзвукам наименования вельтов, встречающимся в Англии[371].

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное