Славянские легенды о первых князьях. Сравнительно-историческое исследование моделей власти у славян

Личное имя Попель (Popel) эквивалентно нарицательному «пепел»[136] и принадлежит к праславянскому лексическому фонду. Семантически оно может быть связано с обрядом трупосожжения и культом предков или с подсечно-огневым типом земледелия[137]. Во втором случае противопоставление пахаря Пяста и Попеля может быть мифо-символическим выражением различия типов земледелия (пашенного и подсечно-огневого) у двух соседних польских племён[138]. Сосуществование подсеки и пахоты, а затем вытеснение первой было основным вектором развития хозяйства у славян на протяжении IX—XII вв. Эти процессы не могли не отразиться в мировоззрении славян-земледельцев. В истории славянских племен зафиксирован экологический кризис подсечно-огневой системы, который, скорее всего, и отразился в рассказе о мифологическом поражении Попеля.

В тексте Хроники Галла Анонима фигурирует и мифологически значимый топоним «Гнезно». Его этимологию (от слова «гнездо») приводит сам Галл. Семантика названия будущей столицы Польши связана с представлениями о единстве рода, возможно — синойкизме нескольких кланов племени полян.

Можно констатировать, что текст Галла отличается не только концентрацией мифологических имен, но и наличием семантической связи между ними. Значения антропонимов и топонимов данного текста отражают две системы символов — более древнюю, восходящую к аграрному культу[139], и более позднюю, отражающую родовые отношения в племени полян.

Повествование о Попеле и Пясте представляет собой рассказ о потере власти первым и обретении её вторым. Перед нами классический сюжет о гибели «злого» правителя и приходе нового, благодатного государя[140]. Во вступлении Галл анонсирует свой рассказ следующим образом: «Qualiter ergo ducatus honor generacioni huic acciderit subsequens narrationis intimabit» («каким образом почет княжеской власти достался именно этому роду, расскажет следующее изложение»), С помощью этого предания хронист объясняет, как княжеская власть досталась именно роду Пястов. Далее следует фольклорный зачин повествования и объяснение этимологии названия города Гнезно. Текст является последовательным рассказом с единой фабулой; непрерывный нарратив достаточно условно разбит хроникальными подзаголовками.

Сюжет повествования состоит из следующих мотивов:

1. Подготовка к пиру по случаю постригов двух сыновей князя Попеля.

2. Приход двух чужестранцев (hospites) — посланников Бога.

3. Изгнание чужестранцев с пира и из города Попеля.

4. Пир в доме пахаря Пяста по случаю постригов его сына.

5. Приглашение чужестранцев в дом гостеприимных бедняков — Пяста (сына Котышко) и Репки.

6. Предложение скудной (последней) пищи гостям, скудный пир бедняков (антипир); нравоучительная сентенция Галла о воздаянии от Бога добродетельным язычникам.

7. Чудесное умножение пищи в доме Пяста.

8. Исчезновение (исчерпание) пищи в доме Попеля.

9. Приглашение князя и его гостей в дом Пяста (по разрешению чужестранцев).

10. Благословение гостеприимного хозяина и его семьи; нравоучительная сентенция Галла о простоте нравов в древние времена.

11. Общий пир у Пяста и постриги сына Пяста Семовита пришельцами.

12. Взросление Семовита.

14. Вокняжение богоизбранного Семовита и изгнание Попеля.

15. Смерть Попеля на острове от укусов преследующих его мышей.

16. Военные подвиги трех потомков Пяста.

Несмотря на очевидную мифологичность сюжета и составляющих его мотивов, в историографии бытует мнение о зависимости этого текста от Библии и христианских легенд[141]. Между тем бесспорно христианским компонентом здесь можно считать только рассуждения Галла о промысле Божьем. Формально с библейскими эпизодами совпадают мотивы богоизбранности правителя, прихода странников — посланников Бога и чудесного умножения пищи.

Тема богоустановленности власти рода Пяста присутствует в рассуждениях самого хрониста и очевидно вторична по отношению к сюжету повествования. С помощью этих сентенций Галл осмысляет языческую историю, объясняя ее с христианских позиций[142].

Мотив поиска праведника (или праведного князя) посланниками Бога — один из лейтмотивов Ветхого Завета. Два ангела находят гостеприимного праведника Лота в Содоме (Быт. XIX), а пророк Нафан от имени Бога вразумляет впавшего в злодейство и скупость царя Давида (2 Цар. XII). Мотив умножения пищи присутствует в Евангелии и входит в число чудес Иисуса Христа (Мф. XIV). Мотив смены правителя и возвышения гостеприимного бедняка по решению праведного гостя есть в христианских легендах о св. Германе и св. Патрике[143]. Смерть Попеля от мышей аналогична гибели жадного епископа Гатто из средневековых немецких легенд и сказок.