Слово Вирявы

– Вы очень рискуете, Варя. И рискуете зря. Великую березу невозможно найти. Она сама находит достойного человека, как только тот постигает то, что должен. Для этого нужно время.

– У меня его нет.

– В Верхнем-то мире? – Тата горько засмеялась.

– Если я не найду выход через три дня, то Вирява сделает так, что я снова окажусь в Тоначи. Уже навсегда.

– Мне очень жаль.

– Это все, что вы можете мне сказать?

– Нет, не все. Вам нужно срочно вернуться в свое тело. А еще… Если выберетесь, передайте Ване и Тамарочке, что я очень люблю их, берегу каждое воспоминание… Пусть живут, пусть ищут себя, свое предназначение и счастье до последнего вздоха! Тогда наша встреча будет легкой… До свидания, Варя.

– Я передам, обязательно передам! Тата! Подождите! А что я должна постичь?

– То, что я сказала, касается всех. Торопись, девочка! Если небо потемнеет, значит, про тебя уже знают. Они сделают все, чтобы удержать тебя. Беги обратно прямо сейчас!

– Тата!..

Послышались короткие гудки. Варя несколько секунд продолжала держать трубку у уха, не желая верить, что в ней больше не прозвучит голос Таты.

И ради этого разговора она спустилась сюда? Ради этого дала остановить свое сердце необразованной бабе? «Ищи себя и свое предназначение» – что за дешевые аффирмации?

Варя положила трубку и подошла к окну. На горизонте собирались серые облака, делая и без того безрадостный пейзаж невыносимо унылым. Внизу глухо хлопнула дверь машины. Водитель вышел наружу, обошел маршрутку и застыл, глядя в ту же сторону, что и Варя. Когда парень повернулся, они встретились глазами. Тот сразу же зажестикулировал, показывая на небо.

«Если небо потемнеет, значит, про тебя уже знают».

Водитель снова ткнул в сторону неба, изобразил страшную рожу и позвал рукой: «Быстрее спускайтесь».

Куйгорож за Вариной спиной захлопал крыльями и заметался по комнате.

– Это очень плохо, да? Что это? – спросила Варя.

Совозмей приземлился ей на голову и клюнул в затылок. Варя ойкнула, хотя было не больно. Потом он перелетел на плечо и изобразил, будто клюет ее в шею и грудь.

– Комары? Мухи? Дятлы?

Куйгорож обреченно заухал, схватил Варю за шиворот и потянул к двери.

– Подожди! Мне надо… Я хочу сделать еще один звонок, Куйгорож! Это личное.

Он отпустил ее и уселся перед дверью. Дескать, давай, я жду.

Варя на ватных ногах подошла к телефону, не веря, что собирается исполнить задуманное. Пальцы сами нажали несколько знакомых с детства цифр номера, который она так долго не набирала. Несколько гудков, затем – уже знакомый голос робота:

– Соединение одобрено.

– Слушаю, – ответила трубка. Молодо, сильно, уверенно, с легким удивлением и со сквозящей радостью. – Слушаю! Говорите!

– Бабуль, это я.

На том конце втянули воздух.

– Варай, Варенька, как же так? Как же так, моя хорошая?

– Бабуль, я жива! Я тут временно, не навсегда! У нас буквально пара минут! Мне надо срочно вернуться, меня ждут! – Варя перекрикивала собственные слезы, не веря, что слышит родной бабушкин голос.

– Как же это хорошо! Я уж думала, все… Так беги, Варенька, не трать время! Живи!

– Как ты… здесь? – Варя сглотнула слезы.

– Хорошо… Очень! Не беспокойся за меня! Уходи отсюда!

– Скажи… скажи, что надо сделать, чтобы потом в Тоначи было хорошо?

– Жить надо для этого. – Бабушкин голос дрогнул. – Любить жизнь, своих родных, свою работу. Людей любить, делать им добро. Чтобы все ярким и светлым казалось, даже если темно. Самой всем светить. Пусть мрак вокруг, темень – а ты свети! Все пробуй, путешествуй, читай, учись, ничего и никого не бойся…

В дверь ударили.

– Этот звонок тебе дорого обойдется! Открывай! Где ключи?.. Что? Всю связку?

– Бабуль, мне пора…

– Беги-беги, Варай! Уходи! Рано тебе еще!

Дверь затрещала, Куйгорож отлетел в сторону, ухватил хвостом ножку стола и забаррикадировал вход.

– Ишь, деловая! Сама усвищет обратно, а нам потом расхлебывай! – К ругани Скалкина прибавились причитания Людмилы.

– Я очень тебя люблю, Варенька. Беги!

– И я тебя… – Варя нажала отбой и стиснула зубы. Положить трубку было больнее, чем она могла себе представить.

– Открывай, кому говорят, Временная! – бесновался снаружи Скалкин.

Поняли! А скорее всего, подслушивали. Варя сглотнула колючий комок в горле, подбежала к окну и принялась крутить ручку, чтобы открыть створки. Можно же просто спрыгнуть вниз! Чего ходить по лестницам, если тела на самом деле нет? Она забралась на подоконник. Куйгорож заверещал и замахал крыльями ей в лицо, не давая полностью распахнуть окно. Внизу водитель округлил глаза и сложил руки в большой крест.

– Нельзя? – догадалась она.

Водитель отрицательно замотал головой. Варя кивнула и спустилась на пол. Дверь угрожающе трещала от толчков. Видимо, шеф и уборщица объединили свои усилия и синхронно налегали на нее.

– Что вам от меня нужно? – крикнула Варя. – Давайте договоримся!

Удары в дверь лишь участились.

– Хотите, я передам что-то вашим родным? Что-то важное, чего вы им не успели сказать?

Все стихло. Послышался сдавленный шепот.