Смерть — единственный конец для злодейки (Новелла)

- …Я только что вам сказала, что она, возможно, забыла о своей старой семье и живет счастливо.

- ...Сиён.

- Даже если бы это тело было еще живо, у меня нет ни малейшего желания возвращаться сюда.

Я отстраненно взглянула на свое истощенное тело на кровати и, наконец, отвернула голову.

Те, кого я когда-то считала своей семьей, частью которой я хотела стать, спустя долгие годы казались мне недоумками.

Я больше не ненавидела их и не обижалась.

- Давайте забудем о нашем отвратительном прошлом и будем жить так, как будто его никогда не было.

- Си-сиён. П-подожди секунду.

Несмотря на мой решительный голос, мужчина продолжал удерживать меня.

- Еще не всё, мне еще есть что сказать. Сиён! Пожалуйста, не уходи. Пожалуйста…!

- Если вы хотите попросить прощения...

Мое сердце колотилось в груди. Я догадывалась, что он хотел сказать.

Я поочередно посмотрела на них всех, чувствуя подступающие слезы.

- Я не могу простить вас, отец, братья.

- ...Сиён.

- То, что я счастлива, не означает, что я забуду свои страдания.

Сначала они не узнали во мне настоящую Ча Сиён, а сейчас их лица были болезненно искажены.

В прошлом я боялась, что не смогу вернуться и навсегда останусь заперта в игровом мире, но теперь мне часто снились кошмары о возвращении в реальность без Каллисто и Джудит.

Где я снова увижу их презрительные взгляды и буду жить в жалкой заплесневелой каморке.

Липкий страх, зародившийся глубоко внутри, не отпускал меня.

Поэтому возможность оборвать все связи с этим миром скорее была моим шансом.

Хотя они не оскорбляли мой портрет, как в иллюзии Лейла, и не радовались моей смерти, наши отношения были достаточно поверхностными, чтобы нам было плевать друг на друга.

Семьей это не назовешь.

Так что я не могла их простить. Это было немного грустно.

- Но я больше не ненавижу вас, поэтому... я не собираюсь постоянно переживать о своем несчастливом прошлом.

- ...

- Довольствуйтесь этим и не чувствуйте себя виноватыми.

Это не было прощением, которое облегчило бы их чувство вины.

Это было лишь прощание.

- Вы столкнули меня в настолько глубокую пропасть, что я захотела умереть...

- ...

- И в конце концов сделала это.

- Сиён.

- Прощайте.

Я с легким прощальным кивком полностью отвернулась от них.

-- Мама! Умх...! У-у...!

До меня донесся далекий знакомый звук. Я замерла и прислушалась.

-- Мама! Мама! Унх, мама...!

'Джудит!'

Это был плач моего ребенка.

'Я срочно должна вернуться!'

Когда мне показалось, что моя малышка плачет, я в спешке бросилась к раковине.

- Сиён! Сиён!

Кто-то сзади с тревогой окликнул меня, но теперь это имя не имело ко мне никакого отношения.

Когда я потянулась к зеркалу, все еще излучавшему беловатый свет, перед моими глазами мгновенно вспыхнуло белое сияние.

- ...иён! ...ён!

В то же время зов становился всё боле далеким.

- ...ён!

В конце концов, я перестала понимать, кто зовет меня, а после, чувствуя, как кто-то трясет меня за руку, широко распахнула глаза.

- Хн, мамочка!

Когда я проснулась, на меня смотрел мой плачущий ребенок.

- Малышка, почему ты плачешь? М?

Я удивленно села.

Она в истерике трясла меня и кричала.

- Джуди, Джуди была единственной, у кого не было зеркала! Джуди сломала его!

- Джудит.

- Мама уходит. Мама сказала, что магия Джуди...! Это плохо! У-у, хн..!

Возможно, из-за того, что она была так взволнована, я не могла понять большинство её слов.

Я сразу обняла ребенка, пытаясь провести аналогию и уловить её мысль.

- Не плачь, хорошо? Мама не оставила бы свою милую Джуди.

Через некоторое время ребенок едва перестал плакать и ответил:

- Я-я боюсь!

- Чего ты боишься?

- Боюсь, что моя мама оставит папу и Джуди.

- Почему ты...

У Джудит была такая же хорошая интуиция, как и её выдающиеся способности.

Это из-за последствий моего странного сна?

Мое сердце обливалось кровью при виде её слез.

- Тц, это не имеет смысла.

Когда меня охватили печаль и беспокойство, кто-то, щелкнув языком, внезапно ворвался в комнату принцессы.

Тусклый свет осветил золотые волосы, такие же, как и у моего ребенка.

- Ваше Величество.

Конечно, он надоедал мне перед тем, как мы легли спать, но сейчас я была до слез рада видеть его.

Каллисто, подошедший к кровати, на которой мы лежали, протянул руки и обнял нас, плюхнувшись в постель.

- Не волнуйся. Даже если императрица оставит нас, папа будет преследовать ее до самой смерти.

- ...Вы не могли сказать перед ребенком ничего лучше?

Несмотря на то, что его слова были грубы, когда я прислонилась к его крепким рукам, мое колотящееся сердце успокоилось.

- Папа, папа!

Джудит, к счастью, полностью переставшая плакать, потянулась к Каллисто.

Когда он брал её на руки, она поцеловала его в щеку и заявила:

- Отныне я буду называть тебя "император-слуга".

- Слуга?

Мило улыбавшаяся девочка неожиданно схватила императора за голову.

И затрясла, весело крича:

- Император-слуга, слуга!

- ...Просто зови меня папой.

Я не выдержала и расхохоталась.

- Слуга! Слуга!

Прокричав это несколько раз, Джудит быстро потеряла интерес и легла между нами.

Император решил поддаться этому необычайно суровому капризу из-за ее отказа спать.

Красные глаза ребенка вскоре начали слипаться.