Смерть Ленина. Медицинский детектив

Комментарий. Когнитивные нарушения постепенно переходят в более выраженную стадию интеллектуально-мнестических нарушений. Ухудшение деятельности кишечника, в основном толстого, нарастание выраженности головной боли идет параллельно с негативной и очень характерной динамикой заболевания. Пациент постоянно «находится» на обезболивающих препаратах, два из которых, фенацетин и сомнацетин (в состав которого входит фенацетин) по современным представлениям, ведут к образованию «фенацетиновой почки». Упоминание в различных источниках об отказе от медицинской помощи, от приема лекарственных средств и от консультаций врачей со стороны В. И. Ульянова не подтверждаются дневником: больной ежедневно получает терапию при ежедневном контроле со стороны врачей. Таким образом, гипотеза «силы воли», выдвигаемая рядом историков, согласно которой В. И. Ульянов хотел приблизить смерть или побороть болезнь, не подтверждается ежедневными записями в дневнике лечащего врача А. М. Кожевникова, а в последующем врачей В. В. Крамера и В. П. Осипова. Также видно, что несмотря на имеющийся негатив к группе врачей, особенно немецких специалистов, больной не отказался или не мог отказаться от их консультаций.

1-2-3 марта 1923

У пациента то же самое состояние, что и предыдущие дни. Он плакал, принял веронал, бром, валериану. Сделана гимнастика. Был озноб, поставлена грелка, повторно дан бром. Пульс 88 в минуту. Дали фенацетин, пирамидон и кофеин. Была сделана электризация. Принял на ночь веронал.

Справка. Из биохроники известно, что 1 марта на заседании Политбюро ЦК РКП(б) заслушивается вопрос об информации о состоянии здоровья Ульянова и принимается решение поручить секретарю Президиума ЦИК СССР А. С. Енукидзе просить профессора В. В. Крамера дать интервью о здоровье Владимира Ильича.

4 марта 1923

Сегодня Надежда Константиновна подробнее рассказала про то, что было вчера с Владимиром Ильичом. Он устал от сидения и от почти тотчас же начатого чтения. Это его чрезвычайно расстроило, он стал вспоминать свою первую болезнь. По-видимому, более медленная теперь поправка его беспрестанно волнует и озабочивает. Он начал путаться в своих мыслях, хотя говорил связные фразы, но между отдельными фразами связи не было, в следствии чего Надежда Константиновна не могла его понять — что еще больше расстроило Владимира Ильича. Он плакал. Поужинал удовлетворительно, а после ужина опять плакал. Спал Владимир Ильич хорошо, около десяти часов.