Смерть Ленина. Медицинский детектив

После принятого веронала Владимир Ильич скоро заснул, ночью проснулся один раз, ненадолго и спал до 7-00 часов. Утром Владимир Ильич говорил плохо, часто подыскивал слова. Клизма подействовала хуже, чем последние дни, [убрано по этическим соображениям]. Мы приехали к Владимиру Ильичу в 13–15. Говорил Владимир Ильич довольно плохо, многих слов не находил, и артикуляция была не важная. Язык обложен, живот умеренно вздут. Пульс 108. В виду периодически нарушающих спазмов [подписано рукой] продолжающегося дефекта речи, и согласно решения, принятому совместно с Ферстером, мы сделали внутривенное вливание 0,15 арс. В вену я попал сразу, вливание 5 куб см я произвел крайне медленно. Во время вливания Владимир Ильич сказал, что чувствует запах, похожий на запах еловых шишок. Вливание, однако, не предотвратило спазма и приблизительно [подписано рукой] через пятнадцать минут после него снова наступил спазм, повлекший за собой полную афазию и парез правого лицевого нерва. Сознание при этом ясное, вопросы Владимир Ильич понимает и в ответ на них кивает или качает головой. Через некоторое время говорил да или нет. Начался спазм в 14–00. Мы провели весь день в квартире и, поочередно, с Василием Васильевичем входили к Владимиру Ильичу каждые четверть часа. Пульс все время 108. Парез правого лицевого нерва все время в одном положении. Язык не отклоняется. Говорит отдельные слова. По-видимому, не всегда те, которые хочет. Ни одной связанной, хотя бы короткой фразы, сказать не может. В 17–00 приехали Елистратов и Гетье. Ни тот, ни другой к Владимиру Ильичу не заходили. Мы долго совещались и пришли к выводу, что никаких экстренных мер принять нельзя, но решили поставить пиявки за уши. От пиявок никакого особого действия не ждем. Но ввиду полной безопасности данного мероприятия и горячего желания попробовать все, что только возможно, решили попробовать и эту меру. В 19–00 мы поставили по две пиявки за каждое ухо. Но по отношению к пиявкам Владимир Ильич оказался очень нетерпеливым и их пришлось скоро снять. Никого из близких Владимир Ильич видеть не хочет. Каждый раз, когда входят сестры или мы, Владимир Ильич пытается что-то сказать, но этого не выходит. Это волнует Владимира Ильича, по-видимому поэтому, Владимир Ильич не хочет видеть близких, так как видеть и не разговаривать для него слишком тяжело. Когда вошла сестра