Смерть Сталина. Все версии. И ещё одна

17 августа 1942 года, когда почти вся европейская часть СССР была оккупирована немцами, а безостановочное отступление советских войск докатилось до Волги, у Александрова, начальника Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), не оказалось более важных дел, чем еврейский вопрос. Он направил в секретариат ЦК докладную записку, в которой выразил беспокойство, что «в управлениях Комитета по делам искусств во главе учреждений русского искусства оказались нерусские люди (преимущественно евреи)», и предлагал «произвести уже сейчас частичное обновление руководящих кадров в ряде учреждений искусства»[38].

Александров переусердствовал. Начиналась Сталинградская битва. Немецкие войска вышли к Волге и с захватом плацдарма на противоположном берегу реки фактически решили бы ход войны, перерезав артерию, по которой каспийская нефть поставлялась на нефтеперерабатывающие заводы, а без топлива танки и самолёты можно сдавать на металлолом. В такой ситуации его инициативу признали несвоевременной.

Подходящий момент настал осенью 1944-го, когда война бесповоротно покатилась на запад. Сталин созвал в Кремле совещание с участием членов Политбюро и Секретариата ЦК, первых секретарей республиканских и областных комитетов партии, руководителей оборонной промышленности, армии и государственной безопасности.

В своей речи он высказался за «более осторожное» назначение евреев на должности в государственных и партийных органах. Выступивший за ним Маленков подробно обосновал необходимость «повышения бдительности» по отношению к евреям. Едва совещание завершило свою работу, Маленков разослал во все партийные организации секретную директиву с указанием должностей, на которых не должно быть евреев. В соответствии с процентной нормой (одного-двух евреев следовало сохранить) началась чистка в ЦК, райкомах партии, в МВД, Министерстве внешней торговли, в военных организациях… Пока Михоэлс убаюкивал Эйнштейна сказками об отсутствии антисемитизма в СССР и рассказывал о крымском проекте, в стране активно насаждался государственный антисемитизм.

Война закончилась. 4 мая 1946 года министра государственной безопасности Меркулова, «недостаточно жёстко» выполнявшего сталинские предписания, сменил Абакумов, бывший в годы войны начальником СМЕРШа. Новый министр, известный неимоверной жестокостью и личным участием в пытках, получил задание «разобраться» с ЕАК.

29 июня 1946 года «Правда» опубликовала указ, подписанный Сталиным, о присвоении Михоэлсу, Зускину и Тышлеру Сталинских премий за выдающиеся работы в области литературы и искусства за 1945 год. Через три с половиной месяца, 12 октября, в ЦК поступила записка Абакумова «О националистических проявлениях некоторых работников ЕАК», направленная против сталинских лауреатов.

По собственной инициативе новый министр государственной безопасности не мог выступить против новоиспеченных лауреатов Сталинской премии и фактически против члена Политбюро Молотова, жена которого была членом ЕАК. Он был осведомлён, что награждение Сталинскими премиями – часть игры по дезориентации заокеанских партнёров по торговым переговорам, которым намекнули, что в случае получения десятимиллиардного кредита советское правительство готово рассмотреть крымский проект. Михоэлс, народный артист СССР, главный режиссёр Московского Государственного еврейского театра, только что обласканный сталинской премией – кандидат на пост руководителя автономной республики. Такое распоряжение министру госбезопасности мог дать только глава правительства – Сталин.

Записка Абакумова легла на стол Суслова. Будущий член Политбюро (1966–1982) занимал тогда должность заведующего отделом внешней политики. Суслов отреагировал быстро. Через неделю (поспешность исполнения подтверждает наличие заказа) он доложил Сталину, что проведенная проверка полностью подтвердила выводы МГБ. Формальность выполнена. Судьба ЕАК решена.

Абакумов ждал указания Сталина начать аресты. Тот медлил. Желание получить многомиллиардные кредиты отодвинули расправу над ЕАК. Записка Абакумова с резолюцией отдела внешней политики ЦК легла в стол. Затем у Сталина появилась возможность создать на Ближнем Востоке советский форпост. Арабские страны, поддерживаемые Лондоном и Вашингтоном, не желали сближаться с коммунистическими режимами, и на Ближнем Востоке Сталин мог опереться только на сионистов. Приговор ЕАК был отсрочен. Советские евреи, которых якобы представлял ЕАК, превратились в заложников внешней политики Сталина.

* * *

На повторный вопрос нетерпеливого читателя, не уклонились ли мы от темы, напомню, что ответ на вопрос, что же послужило причиной инсульта и почему в последние месяцы своей жизни Сталин оказался без медицинской помощи, невозможен без рассмотрения «дела врачей», начавшегося задолго до января 1953-го. Сталин шёл к нему с осени 1944-го и по дороге был «нокаутирован» двумя микроинсультами.