Смоленск. Полная история города

К походу подготовились тщательно, и удалось собрать внушительное войско. Весной 1632 года из Москвы выступило около 30 000 человек, а в конце года под Смоленском их было уже около 100 тысяч. Казалось бы, это войско сокрушит любую преграду. Его командиром был назначен боярин М.Б. Шеин, прославившийся при обороне Смоленска в 1609–1611 годах. В свое время он вернулся на родину в результате обмена пленными, и кто, как не он, знал все сильные и слабые стороны Смоленской крепостной стены.

Поход, несмотря на осенние дожди и распутицу, начался довольно успешно – русское войско осадило смоленскую крепость.

Осада началась в декабре 1632 года. Точнее – начались штурмы. Артиллерия Лесли пробила значительную брешь в юго-восточной части стены. Этому помог и удачно сделанный подкоп. Однако штурм пролома не принес желаемого успеха.

После этого русские перешли к длительной осаде, пытаясь измором принудить польский гарнизон сдаться.

Воевода Шеин приказал построить в шести верстах от Смоленска, на левом берегу Днепра, острог с «теплыми избами» и перекинуть через реку два моста. Солдатские полки встали вплотную у города с юго-восточной стороны и соорудили траншеи и позиции для пушек. Часть войск была выдвинута в Оршанский и Мстиславский поветы для блокирования войск Александра Корвина Гонсевского, которые стояли у села Красное в 40 верстах от Смоленска и насчитывали около 6000 человек.

Но эта тактика оказалась неудачной, и было потеряно много времени.

В начале марта 1633 прибыла осадная артиллерия. После установки орудий русские начали обстрел города. Артиллерия, установленная в укрепленных острогах, наносила крепости ощутимый урон. Однако для того, чтобы взорвать стену перед решительным штурмом, не хватило пороха, и воеводе Шеину пришлось ждать медлительного подвоза боеприпасов. За это время поляки успели заделать повреждения в стенах и башнях, а также насыпать за стенами земляные валы.

А потом на помощь осажденным подоспело 25-тысячное подкрепление во главе с новым польским королем Владиславом IV. И тут удача стала поворачиваться к русским спиной. Сначала войскам короля удалось прорвать осаду и укрепить городской гарнизон, а через некоторое время, воспользовавшись несогласованностью действий командиров русского войска, поляки вообще смогли снять осаду смоленской крепости. Более того, вскоре из-за череды ошибок русское войско само оказалось в окружении.

 Вильгельм Гондиус. Осада Смоленска 1632–1633. Фрагмент гравюры «План осады Смоленска». 1636

Наступила осень, а за ней и зима 1633–1634 года. Русскому войску стало остро не хватать продовольствия и отопления. Начались болезни. Усилилось дезертирство и распри среди иностранных командиров. Войско таяло буквально на глазах. Например, в конце августа 1633 года русская армия насчитывала всего 20 000 человек, включая 11 500 человек пехоты и около 8500 конницы, причем с подходом армии короля Владислава дезертирство еще более усилилось.

Консолидировав войско, воевода Шеин мог бы без помех отступить от Смоленска, поскольку продолжение осады в условиях превосходства сил противника было бесперспективным и грозило поражением. Однако царь потребовал оставаться под городом, пообещав прислать на помощь войско во главе с известными воеводами Черкасским и Пожарским.

Но дополнительные войска все не подходили, а когда в Москве осознали бедственность положения Шеина и начали слать гонцов с разрешением отступить, было уже поздно.

В этих крайне тяжелых условиях воеводе Шеину пришлось принять предложение польского короля о «почетной капитуляции». Да, Шеин героически оборонял свой заблокированный лагерь, но терпящему огромный недостаток в продовольствии и фураже полководцу ничего не осталось, как подписать 16 февраля 1634 года договор с Владиславом.

И действительно: из всей русской армии оставалось всего лишь 12 000 человек, в том числе 2000 больных и примерно столько же наемников-иноземцев, на стойкость которых при тех тяжелых условиях, в которых находилась армия, Шеин не имел уже права надеяться. Высланное под Смоленск вспомогательное войско не пошло далее Можайска и, не получая о нем никаких известий, Шеин, очевидно, не мог ни на что рассчитывать.

Воевода изъявил согласие на капитуляцию, главнейшие пункты которой заключались в следующем: русские и иноземцы вольны были поступить на службу к королю или возвратиться на родину, но в последнем случае они должны присягнуть не служить против короля и Речи Посполитой в течение четырех месяцев; всю артиллерию, со всеми боеприпасами, за исключением 12 полковых пушек, которые было разрешено взять с собой, следовало сдать полякам; всех польских перебежчиков выдать королю, даже если они состояли на русской службе; ручное оружие разрешалось взять только то, что на людях, а все остальное должны были передать полякам.