Смоленск. Полная история города

Женам убитых в сражениях смоленских шляхтичей, оставшимся бездетными, если первые их мужья имели за собой жалованные имения, было предоставлено право вступать во владение этими имениями, но при условии выхода замуж за русских служилых людей.

АЛЕКСАНДР КЛАВДИЕВИЧ ИЛЬЕНКО, русский историк

27 августа 1670 года беспоместным шляхтичам, отцы которых по сдаче Смоленска выехали в Литву, а сами они остались у своих родных или поселились в Смоленске уже после сдачи города, было объявлено, что оставлять их в городе не представляется возможным, а что если они желают, то могут служить в Казани, для чего им был разрешен свободный выезд из Смоленска.

В военном и в торговом отношении Смоленск, после присоединения его к России, понемногу начал терять свое некогда первостепенное значение.

Как сильная, пограничная с Польшей, крепость, Смоленск останавливал на себе внимание правительства лишь до тех пор, пока была сильна Польша. В царствование Алексея Михайловича укрепления города тщательно поддерживались, крепость снабжалась сильным гарнизоном, а въезд иностранцам в черту крепостной стены строго запрещался. По мере падения Польши падало и значение Смоленска.

АЛЕКСАНДР КЛАВДИЕВИЧ ИЛЬЕНКО, русский историк

Позднее, в правление царевны Софьи, дочери Алексея Михайловича, в деле обрусения Смоленской шляхты отметился поворот к худшему: 8 июня 1688 года состоялся именной указ, подтверждавший прежде дарованные смоленским шляхтичам права на владение поместьями и вотчинами, но вместе с тем гласивший, что, если по смерти которого из шляхтичей не останется наследников, то выморочных имений отнюдь не отдавать иногородним владельцам, но причислять их к смоленским дворцовым волостям. Последствия этого мероприятия были весьма печальны. Отчуждение смоленской шляхты от русской массы населения вместо того, чтобы понемногу сглаживаться, начало все увеличиваться и увеличиваться.

Глава одиннадцатая Петр I и Смоленская губерния

Битва при Лесной окончательно сняла угрозу осады Смоленска шведами.

Кончилось все тем, что в начале XVIII века ненависть к русским и увлечение польскими тенденциями до такой степени овладели смоленской шляхтой, что русское правительство оказалось вынужденным прибегнуть к целому ряду энергичных мер. Представители католического духовенства, как главные деятели польской пропаганды, были удалены из Смоленска с лишением права въезда в пределы России. На православное духовенство была возложена обязанность строжайше смотреть, чтобы шляхтичи не совращались в католичество и строго блюли православие. Было запрещено посылать детей для образования в Польшу, а уже находящихся там было предписано немедленно вернуть в Смоленск. Шляхте же объявлено, что если она желает обучать своих детей латинскому и другим языкам и наукам, то их надо для этого отправлять в Москву и Киев. Были запрещены браки с польскими подданными и католиками.

Благодаря этим мерам, шляхтичи понемногу начали сближаться с русским населением края, а с присоединением к России Белоруссии, когда Смоленщина перестала быть пограничной, обрусение пошло такими быстрыми шагами, что, например, к 1812 году потомки тех самых шляхтичей, которые получили свои поместья под Смоленском в награду за боевую службу против «москалей», стали в ряду первых русских дворян, принесших жизнь и состояние в жертву русской земле.

Типичный пример – род Энгельгардтов, потомков генерала польской службы Вернера-Каспара Энгельгардта, получившего от короля Сигизмунда III имения в Смоленской губернии.

Василий Васильевич Энгельгардт (1785–1837) был офицером Литовской гвардии, принимал участие в заграничных походах 1813–1815 годов и вышел в отставку в чине полковника.

Николай Богданович Энгельгардт (1737–1816) принимал участие в боях Семилетней войны и тоже вышел в отставку в звании полковника.

Его сын, Лев Николаевич Энгельгардт (1766–1836), был генерал-майором. Он служил под началом А.В. Суворова, был командиром Уфимского мушкетерского полка, а потом шефом Ряжского мушкетерского полка.

Очень интересны «Записки» Льва Николаевича Энгельгардта. Рассказывая о своем детстве и о своих родителях, он написал, что смоленские шляхтичи на протяжении столетия после возвращения Смоленска России предпочитали читать польские книги и брать себе жен из Польши. Далее читаем: