Смутное время в Москве

Заруцкий еще в детстве попал в плен к татарам и вырос в неволе. Достигнув зрелого возраста, он бежал к донским казакам, сумел выдвинуться среди них и стал атаманом. Вместе с донцами Заруцкий участвовал в походе Лжедмитрия I, затем перешел к Болотникову и принял деятельное участие в зарождении самозванческой интриги Лжедмитрия II. У нового самозванца Заруцкий занял должность главы особого Казачьего приказа. Польский гетман С. Жолкевский в своих мемуарах о «московский войне» пишет, что Заруцкий был для Лжедмитрия II «великою помощью; как неугомонная голова, ему доставало сердца и смысла на все, особенно, если предстояло сделать что-либо злое… Если нужно было кого взять, убить или утопить, он исполнял это с довольно великим старанием. В станс Тушинском достаточно приметна была его неусыпность, ибо при всегдашней нетрезвости князя Рожинского (главнокомандующего польскими войсками. — С.Ш.) он заведовал караулами, подкреплениями и собраниями известий…»

Едва Тушинский лагерь распался, Заруцкий явился в стан Сигазмунда III под Смоленск, но, обиженный холодным приемом короля, вернулся к Лжедмитрию II в Калугу. Самозванец теперь уже не вполне доверял атаману и отправил его из Калуги на воеводство в Тулу. После кончины Лжедмитрия II Заруцкий быстро приобрел весьма могущественное положение, которое основывалось на его влиянии среди казаков.

Жизненный путь Заруцкого в дальнейшем складывался весьма извилисто — от участия в патриотическом движении он перешел к открытой борьбе против Второго ополчения, а затем и против правительственных войск, и наконец закончил свою жизнь на эшафоте — в 1614 г., в Москве.

Примечательны судьбы и других деятелей Тушинского и Калужского лагерей Лжедмитрия II. Члены «воровской думы» Иван Васильевич Глазун-Плещеев и Матвей Иванович Колодкин-Плещеев стали активными воеводами Первого ополчения. В 1612 г. И.В. Глазун-Плещеев находился в Пскове, где поначалу присягнул Лжедмитрию III, но затем арестовал самозванца и самолично привез его в Москву. Его подпись стоит под избирательной грамотой царя Михаила Романова, при котором Плещеев служил воеводой в Тюмени и Пскове. В Первом ополчении М.И. Колодкин-Плещеев «прославился» жестокими мерами против казаков — его попытка расправы над казаками, пойманными на грабеже, спровоцировала конфликт и распад ополчения. Впоследствии Матвей Колодкин-Плещеев присоединился ко Второму ополчению.

К освободительному движению примкнул и еще один представитель рода Плещеевых — Федор Кириллович Смердов, громивший в 1606—1608 гг. восстания земцев против самозванца в Суздальской округе. В 1613 г. Ф.К. Плещеев был послан против шведов в Тихвин, а при Михаиле Романове стал воеводой в Белгороде и Тобольске.

Полна превратностей судьба Михаила Матвеевича Бутурлина, одного из ближайших сподручников Тушинского вора. В 1610 г. он захватил для самозванца Калугу и собственноручно убил тамошнего воеводу И.И. Годунова. В том же году по приказу Лжедмитрия II Бутурлин лишил жизни касимовского царя Ураз-Мухаммеда. А в 1612 г. мы уже видим М.М. Бутурлина в составе Второго ополчения: он отбил от Переславля-Залесского казачий отряд Заруцкого. В 1614 г. вместе с князем Д.М. Черкасским Бутурлин воевал против польско-литовских отрядов на западной «украйне». При штурме крепости Белой на смоленском рубеже он был тяжело ранен — ядром ему вырвало часть головы — и, покинув войско, из-за увечья был вынужден отправиться на излечение в Москву. В 1618 г. он участвовал в обороне столицы от королевича Владислава.

С 1608 г. и вплоть до смерти самозванца его поддерживал князь Дмитрий Мамстрюкович Черкасский, впоследствии — один из видных воевод Второго ополчения. Племянник царицы Марии Темрюковны, второй супруги Ивана Грозного, и родич Романовых, он в 1610 г. захватил для «Вора» Шацк, бывший одним из ключевых крепостей на «ногайской украйне». В 1613—1615 гг. Черкасский воевал с поляками на западных рубежах. С 1619 г. — боярин и один из крупных государственных деятелей эпохи Михаила Романова.