Сначала отвести беду...

Второе потрясение Матвей Егорович испытал, когда меньше, чем через десять лет, пророчество майора сбылось, и Горбачёв предал свою партию. Потрясение было столь велико, что он не вступил сразу в новую компартию. Потом число групп (он не мог воспринимать их как партии), спекулирующих на коммунистических идеалах стало расти, как на грибах…Матвей во многом соглашался с Зюгановым, но его робость, его половинчатое отношение к Личности Сталина (культ — плохо, но Личность была!) — удерживало Коломийца от вступления в КПРФ. Видимо, время идеологических переоценок ещё впереди. А страна катится вниз, может погибнуть вообще….Пожалуй, задача остановить это падение, — на первом месте. Поэтому он очень внимательно слушал московского генерала.

Пётр Николаевич подробно, не называя, понятно, имён рассказал о намерениях организации (про себя подумал: мы, ведь, уже — организация!), о предполагаемых методах её работы. Коломиец слушал напряжённо. Видно было, как он "взвешивал" в уме каждую фразу генерала, одобрительно кивал головой. Только один раз он прервал Беркутова, заметив, что подобная форма общероссийской газеты существует — "Деловой вторник" с центральной редакцией в Москве. Да и некоторые центральные газеты, вроде "Комсомольской правды", обзавелись филиалами в регионах.

— Мы несколько иначе собираемся организовать дело. Наш главный редактор будет только тематику и стиль публикаций предлагать. Главное, — широко привлекать местный материал…Мне, например, понравилась ваша последняя статья в городской "Вечёрке"…..Наша же задача наметить тематику, дать фактический аналитический материал для использования местными авторами. И рекомендовать форму изложения, ориентируясь на степень подготовки разных категорий читателей…Доходчивость же, пропагандистскую эффективность — обеспечите вы, люди, знающие специфику области и самые злободневные темы… Вы видите, я говорю так, словно вы уже дали согласие сотрудничать с нами…

— Я не могу не согласиться. Мои мысли очень близки к вашим тревогам. Я готов к работе. Что нужно делать?

Начался конкретный разговор, к которому готовился Беркутов, ещё обсуждая с Ивановым задачи своей поездки на Урал. Разговор о способах и формах создания областной ячейки будущей партии, о создании местного печатного рупора партии, о формах взаимодействия.

Поздним вечером он ещё раз посоветовался с Пермяковым и решил просить Коломийца возглавить всю их работу в области.

Ешё один разговор с Акимом Акимовичем имел большое значение для дальнейших планов Беркутова. Полковник подробно сообщил гостю о своём понимании настроения коллег в соседних областях. И эта информация Петра Николаевича не порадовала. Особенно огорчило, что, по словам Акима, его восточный сосед полковник Харченко потерял лицо, — установил близкие отношения с целым рядом коммерческих фирм, "отгрохал" в зелёном уголке близ самого центра города трёхэтажные хоромы и, собираясь тоже на пенсию, уже обеспечил себе местечко в одном из банков. Пермяков встречался с Харченко совсем недавно на региональном совещании "силовиков" в ведомстве представителя президента. Некогда хороший приятель после фуршета разоткровенничался в узком кругу коллег. Показатели работы у Харченко были лучше всех, на совещании его хвалили, но для профессионалов-сыщиков секрет его процентов раскрываемости был более чем понятен. Впрочем, в других уральских областях явных признаков коррупции Пермяков не видел. Новые же начальники отделов и управлений их профиля работали по 2–3 года, и об их человеческих качествах Аким Акимович знал мало. Не намного больше, чем сам генерал, который видел их во время встреч в Главке.

Огорчённый Беркутов спросил Пермякова, есть ли у него соображения, на кого можно опереться в "вотчине" Харченко?

— Трудно сказать, Петро. Бываю я у соседей не так уж редко. Сам понимаешь, наш преступный "клиент" в своих делах на границы областей внимания не обращает. Так что, по конкретным делам общаемся не только в начальственных кабинетах….Есть, конечно, подходящие для тебя люди… Но я их не так хорошо знаю, как своих. Может быть, встретишься с начальником ихнего УБОПа? Полковник Свиридов. Впечатление хорошее оставляет, но близко с ним я не знаком….И потом…Как ты мыслишь, возможно ли приехать в город и не повидаться с Харченко?

— Нет. Я или совсем не поеду к ним, или должен зайти к Харченко. Ладно, у вас я ещё должен погостить до конца недели. Буду думать….Да, Аким! А старик "Три Ф"? Жив он, я о нём давно не слышал, а ему, пожалуй, уже лет за 80?

— Фёдор Фёдорович? "Козырь треф", как наши подопечные уголовники его прозвали? Я видел его в прошлом году в ноябре на вечере в честь Дня милиции. Сидел в президиуме…..За спиной у мэра. Насколько знаю, он полностью отошёл от дел. Но, может быть, может быть….

— Ладно. И об этом подумаю…