Сон великого хана. Последние дни Перми Великой

   Об Иване Руно все говорили, что он в 1469 году, в мае месяце, будучи предводителем сильного русского отряда, мог бы легко взять Казань, застигнутую москвитянами врасплох, но после битвы в предместьях города он внезапно приказал отступить к Волге, потом сел на суда и отплыл к Коровничьему острову, где русские целую неделю сидели без дела. Тут к Руно приезжали какие-то таинственные незнакомцы, не то поволжские разбойники, не то татары же и привезли двенадцать мешков с чем-то тяжелым и тщательно увязанным в свертки, из чего дружинники заключили, что воевода взял откуп с казанского царя Ибрагима за уход из-под стен его столицы...

   -- Ах, хорошо бы было, кабы Руно в Пермь послали! -- вздыхали любители чужого добра, побывавшие уже в походах с этим воеводой, но их вожделения не оправдались.

   Через два дня после собрания бояр в Кремле по Москве разнеслась весть, что большим воеводой рати, набираемой для похода на Пермь Великую, назначен князь Федор Давыдович Пестрый, а в "товарищи", заместителем ему -- воевода Гаврило Нелидов, приходившийся ему дальним родственником.

   Этого никто не ожидал. Даже сам Пестрый удивился, когда его позвали в Кремль и объявили неожиданную новость.

   -- Не ждал я такой милости, княже великий, -- говорил он, скромно выслушав указ государев о назначении своем большим воеводой для похода в Пермь Великую. -- Ведь многие бояре-воеводы старше меня есть... и поопытнее. Как будто неладно их обходить...

   -- На то моя воля государская! -- прервал Пестрого Иоанн, сделав нетерпеливое движение. -- По-моему, ладно я учинил, что обошел двух-трех стариков, которые годятся только в приемной палате сидеть да расправлять свои бороды сивые. По-моему, дело не в старшинстве, а в таланте воинском, а таланта сего у тебя не занимать стать. Ты ведь из первых воевод моих, на тебя я как на каменную стену надеюсь, а потому и порешил тебя в Пермь послать в челе дружин моих воинских!..

   Воевода отвесил низкий поклон великому князю.

   -- Спасибо тебе, государь, за добрые словеса твои! Не знаю, не ведаю я, чем милость твою заслужил?..

   -- Заслужил ты ее верой да правдой своей, а правдою ведь редкий человек живет. Оттого и люблю я тебя, что завсегда ты правду-матку режешь. А правду люблю я слушать.

   Иоанн помолчал немного, подумал и продолжал:

   -- А теперь скажу я тебе, как надо воевать Пермь Великую. Вот тебе наказ мой потаенный. Все думают, что гневаюсь я на пермян за обиду торговых людей наших. Но я не поглядел бы на то. Купцы сами виноваты. Слишком уж много дерут, алчностью непомерной одержимы. Да и слух до меня дошел, что Сенька Живоглот, суконник, у одного пермянина девку уволок да обесчестил. За то и прогнали их оттуда, а товары себе забрали. Ну, это бы так и следует, не ходи в чужой огород... А вот меня-то зачем же поносить словами непотребными? За это не будет им спасения!..

   -- Да, может, пустое брешут, государь? -- решил возразить Пестрый. -- Может, не виноваты пермяне, а лжу-напраслину на них плетут? Кто знает...

   -- Я тоже мерекаю: может, мол, напраслину плетут? Но, видишь ли, князь Федор, причина-то больно хороша подошла, -- присовокупить Пермь Великую к земле московской! Вот я и придрался к такой оказии да порешил воевать пермян. Пусть, с помощью Божьей, ширится и поднимается Русь святая, пусть врагам иноземным будет она на страх и трепет... и да сгинут кровные враги ее, татары ордынские, которых нынче я не страшусь уж нисколечко!..

   Великий князь опять помолчал и продолжал снова:

   -- Так вот, мой названый большой воевода! Даю я тебе заповедь такую. Покоряй под мою руку Пермь Великую, сначала строгость покажи, а потом помилуй их моим именем, как ты позавчера толковал о том. А мирный народ тамошний, особливо женщин да детей, не давай в обиду своим воинам. А то ведь они охочи во вражеской земле поозорничать.

   "Эвона! Да разве я не знаю того без приказу нарочитого?" -- мысленно удивился Пестрый, но потом тотчас же ответил:

   -- Слушаю, государь. Неукоснительно по слову твоему сделаю.

   -- То-то, смотри. Да слышь ты, князь Федор, не забывай, что там крещеный народ живет, православные христиане, как и мы с тобой, только роду не нашего русского. Так вот, как слышал ты позавчера о том, с тобой владыка-митрополит попов да игуменов с монахами пошлет, дабы они людей пермских в истинах Христовых утверждали. Так ты им всяческое пособие делай, этим церковникам да черноризцам, ибо великая от них польза может выйти.

   -- Постараюсь, княже великий! Ведь тоже я человек православный! -- горячо проговорил боярин. -- Жизни своей не пожалею я для дела подобного!..

   -- Потрудись, князь Федор, во славу Божью! Да будет твой поход счастлив и удачен, да будет московской державе приращение! А ежели князья пермские живьем тебе сдадутся, ты их в Москву посылай, за стражею. А я уж увижу, что сделать с ними.

   -- Слушаю, государь.