Социальная философия: учебник для вузов

Сартр совершенно прав, когда рассматривает культуру в качестве критического зеркала, в котором только и может человек увидеть свое лицо. Много это или мало? Очевидно, мало, если человек просто удовлетворится тем, что удалось посмотреться в «зеркало». И в то же время много, если он, всмотревшись, сумеет сделать практический вывод: способен он или не способен по своему культурному обличью на свершение задуманного? Сказанное применимо и к обществу в целом. Следовательно, тот же Сартр не прав, когда уверяет, что культура никого и ничего не спасает. Спасает – и тогда, когда она способна помочь человеку в его исторических действиях; и тогда, когда, критически оценив себя (что несомненно тоже является актом высокой культуры), общество воздерживается от утопичных и бессмысленных в данных социокультурных условиях действий.

Итак, культура, с одной стороны, есть результат предшествующей деятельности человека (общества), но, с другой стороны, она выступает как генеральная детерминанта их дальнейших успехов. Чтобы подойти сегодня к такой, социокультурной парадигме объяснения истории, обществознанию пришлось пройти трудный и долгий путь.

На первом этапе (начиная с конца XVIII века) социокультурное осознается лишь как следствие исторического развития общества, как его продукт, а демиургическая функция культуры еще остается в тени. Именно в таком, результативном, но не каузальном контексте (культура, как мир, сотворенный человеком), термин «культура» вошел в современный научный и обыденный оборот. Известно, что синхронно со становлением понятия культуры в его современном смысле в истории философии наблюдался всплеск субъективного идеализма как еще одного варианта рефлексии творческих успехов человека, но и в этой рефлексии детерминирующая роль культуры не была обозначена: человек опять же выступал односторонне – лишь как творец культурного мира, но отнюдь не как продукт, результат самой культуры.

На последующем этапе (вторая половина прошлого века) активная роль культуры начинает все более фиксироваться общественным сознанием и привлекать к себе внимание специалистов различных отраслей социально-гуманитарного знания. Однако принципиально новое понимание места и роли культуры в функционировании и развитии социума формируется не одноактно. Оно тоже знает свои, сменяющие друг друга, стадии становления.

На первой стадии был решен вопрос о придании культуре статуса одной из детерминант общественного развития. Но уже сама по себе эта стадия имела большое методологическое значение для общественных и гуманитарных наук (в частности для историографии), поскольку позволила по-новому, более основательно и всесторонне понять и мотивацию, и форму многих исторических движений, процессов, метаморфоз. И все же рассматриваемая стадия не обеспечила прорыв по широкому фронту, в чем нетрудно убедиться, знакомясь со структурой даже самых «свежих» учебников по отечественной и всеобщей истории для вузов и средней школы: главы, посвященные культуре, по-прежнему оттеснены на задворки, а сама культура продолжает выступать в виде довольно пассивного элемента общественной жизни.

Но так или иначе мысль о социокультурной детерминации общественного развития уже не просто висит в воздухе: на нынешней, второй, стадии она упорно пробивает себе дорогу. Положение о том, что социокультурное может выступать и выступает в качестве генеральной ( и генерализующей ) детерминанты в системе каузальных связей общества получает все большие права гражданства. Это происходит в силу двух обстоятельств.

Во-первых, подавляющее большинство действующих в социальной системе каузальных факторов представляют собой вне-биологические, специфические человеческие способы деятельности, т. е. феномены культуры. Перефразировав спинозовское natural est causa sui можно сказать: socium est causa sui.

Во-вторых, все каузальные факторы, действующие в обществе или воздействующие на него (в том числе природные), даже в тех исторических ситуациях, когда они выходят на передний план, опосредуются таким социокультурным достоянием, как общественная психология.

Чтобы убедиться в истинности предлагаемой социокультурной парадигмы, ее адекватности тому, что действительно движет историей, необходимо подойти к проблеме исторически и ответить на вопрос: когда возникла социокультурная детерминация! Помочь нам в этом должна аналитическая реконструкция процесса истории как деятельности преследующего свои цели человека.