Социальная философия: учебник для вузов

Несколько слов о наблюдении, которое условно можно назвать статистическим. Как правило, оно носит опосредованный характер, т. е. исследователь, будучи не в силах лично измерять интересующие его параметры и индикаторы общественной жизни, вынужден обращаться к официальным статистическим справочникам, либо к свидетельствам журналистики. И в том, и в другом случае требуется повышенная осторожность. Издавна известен афоризм: «Есть три вида лжи: просто ложь, гнусная ложь и статистика». Разумеется, в нем высмеивается не статистика как наука и не статистическое наблюдение, а тот способ, которым нередко в истории обращались с ними официальные круги различных стран. Наглядным примером в этом отношении могут служить статистические справочники, ежегодно выходившие в бывшем СССР. В целях дезориентации общественного мнения те или иные экономические и социальные показатели не только искажались (либо умалчивались), но и нередко преподносились в непригодном для сопоставления виде. Если, скажем, итоги прошлого года по каким-то позициям давались в абсолютных величинах, то в следующем году они преподносились уже в процентах, что, естественно, затрудняло, а в некоторых случаях делало невозможным сопоставление и достоверные выводы. Можно привести множество примеров статистических фальсификаций в публицистике. Так, несколько лет назад одно из наших центральных изданий, желая доказать, как хорошо жили рабочие России до революции, привело диаграммы, из которых следовало, что реальные доходы последних не так уж и отличались от реальных доходов их английских коллег. Но что сделал автор публикации? В одном случае он взял усредненные данные, касающиеся английского рабочего класса в целом, а во втором прибегнул к итогам обследования на одном заводе – Сормовском в Н.Новгороде. Но ведь Сормовский завод был и остается заводом металлообрабатывающим, машиностроительным, а металлисты в силу своей высокой квалификации относились в России к числу самых высокооплачиваемых рабочих.

Социальный эксперимент

При всей своей значимости и необходимости наблюдение в обществознании демонстрирует те же самые принципиальные недостатки, что и в других науках. Оставаясь в границах наблюдения, мы не можем изменять объект в интересующем нас направлении, регулировать условия и ход изучаемого процесса, воспроизводить его настолько многократно, насколько это требуется для завершенности наблюдения. Существенные недостатки наблюдения в значительной степени преодолеваются в эксперименте.

Если наблюдение является по своему существу созерцающим, то в эксперименте рельефно вырисовывается его активный, преобразующий характер. В эксперименте мы вмешиваемся в естественный ход событий. Воспользуемся тем определением эксперимента, которое предложено В.А.Штоффом: «эксперимент есть вид деятельности, предпринимаемой в целях научного познания, открытия объективных закономерностей и состоящей в воздействии на изучаемый объект (процесс) посредством специальных инструментов и приборов, благодаря чему удается: 1) изолировать исследуемый объект от влияния побочных, несущественных и затемняющих его сущность явлений и изучать его в „чистом“ виде; 2) многократно воспроизводить ход процесса в строго фиксированных, поддающихся контролю и учету условиях; 3) планомерно изменять, варьировать, комбинировать различные условия в целях получения искомого результата» [207] .

Отвечая данному определению в целом, социальный эксперимент обладает в то же время некоторыми существенными особенностями.

1.  Социальный эксперимент носит конкретно-исторический характер. Эксперименты в области физики, химии, биологии могут быть повторены в различные эпохи, в различных странах, ибо законы развития природы не зависят ни от формы и типа производственных отношений, ни от национальных и исторических особенностей. Социальные же эксперименты, нацеленные на преобразование экономики, национально-государственного устройства, системы воспитания и образования и т. д., могут давать в различные исторические эпохи, в различных странах не только разные, но и прямо противоположные результаты.