Советские партизаны. Мифы и реальность

Но зачем Сталину потребовались все эти вывески под названиями ЦШПД, БШПД и прочими? Зачем, если, как и прежде партизаны фактически находились под контролем Наркомата внутренних дел?

Во-первых, события 1941 года наглядно показали, что НКВД в рамках текущего военного конфликта решает слишком много разных задач и сконцентрироваться на организации партизанской деятельности не может. Поэтому для разгрузки ведомства Берия были созданы все эти «штабы», которые напичкали сотрудниками НКВД.

Во-вторых, Сталин, объявивший войну народной, и пропагандировавший народный подъем в тылу врага, прекрасно представлял себе нелюбовь этого самого народа к чекистскому ведомству. Дабы не дискредитировать в глазах населения нарождающееся «партизанское движение», НКВД было прикрыто штабами партизанского движения словно ширмой, да еще с налетом некоторой «самостийности» — чтобы потрафить национальному самосознанию: Белорусский штаб, Украинский штаб…

Ущербность мелких групп

Что касается идеи многочисленных мелких отрядов, то в этом пункте Воронов был неправ.

Как уже сказано выше, малые группы (пусть даже хорошо подготовленные) в принципе неспособны вести крупномасштабную партизанскую войну — у малых групп малые возможности. Невелика огневая мощь вооружения, невелик запас переносимых на себе боеприпасов и продовольствия. Очень скоро продовольствие будет израсходовано и пришлая группа неизбежно начнет совершать набеги на окрестные деревни с целью изъятия продуктов — потому что толпу здоровых мужиков добровольно никто кормить не станет. Скоро кончится и боезапас, а гонять самолеты ради двух-трех десятков человек Москва не хотела, да и не могла.

Через некоторое время командир группы обнаружит, что в списке приоритетных акций грабеж деревень устойчиво занял первое место. Затем неизбежно начнется деморализация (контроль «сверху» отсутствует; задачи поставлены настолько широкие, что невыполнимы; жрать хочется все время, вдобавок хочется выпить и тянет к женщинам). Деморализация столь же неизбежно влечет дезертирство. Именно такой была судьба почти всех партизанских отрядов и групп, заброшенных на оккупированную территорию в 1941 году.

Небольшая партизанская группа в засаде (скорее всего, постановочная фотография).

Действия малых диверсионных групп могут принести успех лишь в том случае, когда они подчинены решению конкретных узких задач, причем в этом случае их надо выводить на свою территорию после каждой очередной операции. Именно так действовала британская SAS (специальная авиадесантная служба) в Африке, атакуя конкретные вражеские аэродромы. После каждого очередного рейда (неважно, успешного или нет) группы возвращались на свою территорию.

Финны во время Зимней войны (декабрь 1939 — март 1940 гг.) выводили в оперативный тыл советских частей группы численностью от 5 до 30 человек (отделение — взвод). Эти группы вели наблюдение за транспортными линиями, выявляя узкие места на трассах и сообщая разведданные по радио в штабы фронтовых частей. Нападения на одиночные автомашины и другие диверсии совершались только с целью получения разведданных, захвата документов, карт, «языков».

В момент начала активных операций финских армейских группировок, указанные группы по сигналу из штаба атаковали советские транспортные колонны в заранее выявленных «узких местах», создавая многокилометровые «пробки» и вызывая панику. Подчеркиваем, что все это совершалось в интересах действующей армии, при непосредственном взаимодействии с ней. Группы использовали хорошо замаскированные базы, которые постоянно меняли. А когда подходили к концу запасы продовольствия, они возвращались на свою территорию.

Но описанные действия относятся к категории разведывательно-диверсионных, имеющих мало общего с партизанским движением.

Возможности же крупного (пусть даже слабо подготовленного) партизанского отряда на порядок выше, чем у малой группы — и в плане огневой мощи, и в плане выживания (особенно если в него входят местные жители). Такой отряд может занять свободный от вражеского присутствия район и обложить данью (в смысле, «продналогом») близлежащие деревни — что сплошь и рядом практиковалось в действительности.

К примеру, все это хорошо понимал опытный террорист (имевший более 20 лет стажа) Кирилл Орловский. В июне 1942 года он сформировал и возглавил разведывательно-диверсионную группу из сотрудников НКВД, которую только в конце октября забросили на оккупированную территорию БССР.

Обосновавшись в заранее избранном районе Пинской области, он назвал ее «партизанским отрядом имени товарища Берия» (позже в литературе отряд задним числом «переименовали» в «Соколы») и тут же принялся «укрупнять» его за счет «местных ресурсов». За полгода (к маю 1943 г.) Орловский развернул свой отряд в бригаду, состоявшую из трех отрядов.

Глава 3. Анатомия «народного подъема»