Советские партизаны. Мифы и реальность

Несмотря на все откровения бывших чекистов и разоблачения нынешних исследователей, легенда о «всенародной войне против оккупантов» все еще жива. Согласно ей, «ядро партизанских отрядов состояло из местных коммунистов и окруженцев». Затем к ним присоединились беглецы из концлагерей, горевшие желанием мести. Потом и население разглядело «звериную сущность фашистов» и стало толпами вливаться в ряды партизан. Вот что пишет московский автор:

«Очень скоро ряд факторов, и прежде всего жестокая оккупационная политика немцев и бесчеловечное обращение с пленными, способствовали появлению на оккупированной территории многочисленных партизанских отрядов. Ядром партизанских отрядов становились группы красноармейцев-окруженцев, во главе с каким-нибудь энергичным командиром или комиссаром. Также многие бежавшие из плена, насмотревшись на ужасы концлагерей, приходили к партизанам… Но вскоре к ним добавились и местные уроженцы… Очень скоро они познали все прелести „нового порядка“, в рамках которого неарийское славянское население признавалось „недочеловеками“, людьми второго сорта, и подвергалось соответствующему обращению» (Соколов Б.В., с. 28–29).

Исследователи партизанского движения допускают существенную ошибку, не вникая в мотивацию представителей тех «социальных групп», из которых состояли партизанские формирования. Известны пять основных групп, а именно:

1) Партийно-советская номенклатура районно-областного звена.

2) Сотрудники органов НКВД, формировавшие отряды на своей территории с последующим выводом в тыл противника, или забрасываемые туда с помощью авиации («организаторы»).

3) Офицеры, политработники и солдаты разбитых частей РККА, пограничных и внутренних войск НКВД («окруженцы»).

4) Военнопленные, бежавшие из сборных и концентрационных лагерей.

5) Местные жители.

Рассмотрим их по порядку.

Номенклатура

Итак, целый ряд авторов продолжает до сих пор твердить о вооруженном сопротивлении оккупантам — народа. Так пусть укажут нам хотя бы одну «Василису Кожину», то бишь представителя «простого народа», создавшего отряд на почве лютой ненависти к нацистам[14]. Я никогда о таких не слышал, организаторами и командирами советских партизан были только «правильные люди».

С одной стороны, все они являлись коммунистами или комсомольцами, сотрудниками спецслужб либо номенклатурой районного (иногда областного) уровня. С другой — большинство не имело никакого отношения к тому народу, на чьей земле они воевали, интересы которого якобы «отстаивали».

Официальная беларуская историография подчеркивает сегодня не тот факт, что большинство партизанских командиров были «коммунистами», но их беларуское происхождение. Именно на этом основании они делают вывод, что на борьбу против оккупантов поднялся «весь беларуский народ». Но, во-первых, «партаппаратчики» — не народ, а очень маленькая часть населения. Во-вторых, наличие беларусов среди партизанских командиров объясняется другой причиной — все эти командиры до войны были руководителями низового уровня.

Анатолий Великий в статье «КПБ и национальный вопрос» (альманах «Деды», выпуск 3, 2010, с. 160–166) убедительно показал, что в конце 1920-х годов в БССР беларусы среди «ответственных работников» городских, уездных и окружных партийных органов составляли явное меньшинство. Зато на низовом уровне — в райкомах партии и исполкомах советов депутатов — доля беларусов была от 45 до 50 %. К началу «Великой Отечественной» ситуация оставалась практически такой же.

Через несколько дней после начала войны высшие чиновники партийно-государственного аппарата покинули республику[15]. Но секретари сельских и городских районных партийных комитетов такой роскоши не могли себе позволить. В Москве их никто не ждал, оставалось одно — идти в лес. Ведь немцы ликвидировали «комиссаров» наряду с евреями. Вот чем объясняется тот факт, что среди партизанских командиров были и беларусы[16].

Чтобы не быть голословным, рассмотрю персоны некоторых «ответственных сотрудников Белорусского ІІІПД», созданного 9 сентября 1942 года.

Начальник Центрального ШПД и по совместительству начальник БШПД Пантелеймон Пономаренко (1902–1984), первый секретарь ЦК КПБ в 1938—46 годах — этнический украинец, уроженец хутора Шелковский в Краснодарском крае. Окончил в Москве институт инженеров железнодорожного транспорта (1932 г.). С 1922 года находился на комсомольской работе, с 1937 — сотрудник аппарата ЦК ВКП(б).

Его заместитель (с сентября 1942 года начальник БШПД) Петр Захарович Калинин (1902–1966) — беларус, «на советской и партийной работе» с 1926 года, с июня 1941 года — второй секретарь ЦК КПБ.

Начальник БШПД П.З. Калинин.

Первый заместитель начальника БШПД Григорий Борисович Эйдинов (1908–1977) — еврей из Баку, комсомольский работник с 15-летнего возраста. Накануне войны — третий секретарь ЦК КПБ и член бюро ЦК КПБ.