Советский квадрат: Сталин–Хрущев–Берия–Горбачев

Со слов Эренбурга, 1 марта 1953 года в Кремле происходило заседание Президиума ЦК КПСС, на котором выступил Каганович. Он потребовал от Сталина создать особую комиссию «По объективному расследованию „дела врачей"» и отменить приказ о депортации евреев в отдалённую зону СССР. Кагановича поддержали все члены Политбюро, кроме Берии. Небывалое прежде единодушие показало Сталину, что он имеет дело с заранее организованным заговором. Потеряв самообладание, он начал угрожать бунтовщикам жестокой расправой. Подобную реакцию заговорщики предвидели и заранее подстраховались. Микоян предупредил Сталина: «Если через полчаса мы не выйдем свободными из этого помещения, армия займёт Кремль!» Услышав это, Берия также примкнул к заговорщикам. Предательство Берии окончательно вывело Сталина из равновесия. Каганович вдобавок изорвал в мелкие клочки свой членский билет Президиума ЦК КПСС и швырнул его Сталину в лицо. Сталин не успел вызвать охрану и упал без сознания, сражённый инсультом. Только в шесть часов утра 2 марта к нему допустили врачей[108].

Рассказывая о бунте, Эренбург повторил ложную дату инсульта – 1 марта, которую сообщили врачам и которая была в официальном бюллетене, а также указал неправильное время прибытия врачей – они приехали в 9 часов утра. Без этой лжи трудно найти вразумительное объяснение, почему сутки Сталин находился без медицинской помощи. В рассказе Эренбурга во главе заговора был Каганович. Берия, единственный сторонник Сталина, примкнул к заговорщикам лишь тогда, когда выяснилось, что армия перешла на их сторону.

В 1956 году эта версия обошла мировую печать. Эренбурга использовали для «утечки информации». Он – лицо неофициальное, его рассказ всегда можно опровергнуть или откорректировать.

В Интернете есть другая версия этой истории. Действие происходит на заседании Политбюро. Имя Кагановича названо в иной интерпретации.

«На последнем для Сталина заседании Политбюро, когда с ним случился инсульт, он предложил гнусный план эвакуации всех советских евреев. Ворошилов выступил против этого, Молотов сказал, что это вызовет недовольство интеллигенции и демократических кругов во всём мире. А Лазарь Каганович услужливо спросил: «Всех евреев?!»[109]

Неизвестный автор изобразил героями Молотова и Ворошилова, а Кагановича выставил циником и Иудой. Впрочем, Сталин действительно уготовил Кагановичу иезуитскую роль. Он должен был организовать открытое письмо «хороших» евреев, которые, опираясь на «дело врачей», гневно осудили бы «нехороших». О подготовке такого письма писал в своих мемуарах Эренбург. Это же подтверждает в воспоминаниях о своём отце Эдуард Розенталь:

«Открытое письмо в „Правду" вымучивалось долго. Со Сталиным лично отец ни разу не общался, тот передавал свои замечания через Кагановича, который выполнял функции контроля. Сталин несколько раз возвращал текст на доработку самолично что-то вымарывал и добавлял. И наконец дал своё добро»[110].

В 1957 году после неудавшегося антихрущёвского мятежа Кагановича вывели из ЦК. После XXII съезда его исключили из партии. В своих мемуарах он доброжелательно отзывался о Сталине и ни слова не написал о существовании заговора. Несмотря на обвинение родного брата в шпионаже и доведение его до самоубийства, он до самой смерти, 25 июля 1991 года, оставался сталинистом, требовавшим восстановления в партии. Кто поверит, зная его биографию, что он мог порвать партийный билет в клочья и швырнуть Сталину в лицо?

Нет сомнений, что коммунист Каганович, не колеблясь, выполнил бы любое поручение Сталина. На заговор, подобный тому, который в 1944 году был против Гитлера, и на противодействие Сталину никто из членов Политбюро не был способен.

Вторая версия озвучена в 1957 году. Принадлежала она Пономаренко, послу СССР в Польше, бывшему в 1953 году членом Президиума ЦК КПСС. Через него Кремль повторил версию Эренбурга, добавив детали, уничижительные для Берии.

«Сталин в конце февраля 1953 года созвал заседание Президиума ЦК и сообщил о показаниях „врачей-вредителей" – как они умерщвляли видных деятелей партии и как они собирались делать это и дальше. Одновременно Сталин представил на утверждение Президиума проект декрета о депортации всех евреев в Среднюю Азию. Тогда выступили Молотов и Каганович с заявлениями, что такая депортация произведёт катастрофическое впечатление на внешний мир. Сталин пришёл в раж, начал разносить всех, кто осмеливался не соглашаться с его проектом. Ещё раз выступил Каганович, на этот раз резко и непримиримо, демонстративно порвал свой партбилет и бросил его на стол перед Сталиным. Каганович кончил речь словами: „Сталин позорит нашу страну!" Кагановича и Мо-лотова поддержали все, и негодующий Сталин вдруг упал без сознания – с ним случился коллапс. Берия пришёл в восторг и начал кричать: „Тиран умер, мы – свободны!" – но когда Сталин открыл глаза, Берия якобы стал на колени и начал просить у Сталина извинения»[111].