Советский Союз. История власти. 1945–1991

Даже сторонник сохранения Союза и проведения референдума И. Каримов предупреждал, что «в процессе подготовки референдума страсти разгорятся. Будет вестись обработка населения. Среди него есть какая-то часть, которая сегодня сидит спокойно, но говоря о которой нужно помнить узбекскую пословицу: "Не наступай на хвост спящему льву". Если сядем им на хвост, то они начнут будоражить. Какой-то процент населения, возможно, так себя проявит. Почему? ..Я убежден, что в Узбекистане обстановка ухудшится. И лучше провести его сегодня, чем завтра. Потому что завтра появятся силы, которые будут говорить о пантюркизме. ...Прибалтика — это одно дело, а Средняя Азия — другое. У нас если этот взрыв произойдет, то его трудно будет остановить. Большой кровью он обойдется...»

М. С. Горбачев предпочел не продолжать дискуссию. В Кремле и на Старой площади мнение о проведении референдума было неколебимо.

Своего рода комментарием к позиции Горбачева стало заявление, сделанное его российским коллегой И. Полозковым на Пленуме ЦК РКП 31 января 1991 г., что Российская компартия переходит в наступление¹⁰⁸.

В воздухе явственно повеяло угрозой распространения вильнюсских методов на Москву. 1 февраля 1991 г. Верховный Совет РСФСР принял важное постановление «О политическом положении в РСФСР». В нем, в частности, было написано: «Осудить случаи противоправного вовлечения воинских подразделений и военизированных формирований в политические конфликты... Установить, что введение на территории РСФСР мер, предусмотренных режимом чрезвычайного положения, без согласия Верховного Совета РСФСР, а в период между сессиями без согласия Президиума Верховного Совета РСФСР недопустимо».

Это, в свою очередь, породило постановление Секретариата ЦК КПСС от 5 февраля того же года «К партийным организациям, всем коммунистам Вооруженных Сил СССР, войск Комитета государственной безопасности СССР, внутренних войск Министерства внутренних дел СССР и железнодорожных войск».

В постановлении сообщалось, что «так называемые "независимые" средства массовой информации ведут систематическую кампанию клеветы на партию, Вооруженные Силы, органы и войска КГБ и МВД СССР, очернение отечественной истории. Отчетливо видно стремление псевдодемократов под прикрытием плюрализма мнений посеять недоверие народа к своей армии, вбить клин между командирами и подчиненными, младшими и старшими офицерами, унизить защитника Родины. Под сомнение берутся высокие понятия — воинский долг, честь, верность присяге. Предпринимаются попытки растащить армию по национальным квартирам, мешать призыву на воинскую службу». Смысл этого документа — исключить возможность воздействия руководства России на Вооруженные Силы СССР.

февраля разыгрался новый скандал в отношениях между союзным и российским руководством. В здании Верховного Совета РСФСР была обнаружена комната, снабженная подслушивающими устройствами и связанная с микрофонами в кабинете Ельцина. «Хозяевами» этой комнаты были сотрудники КГБ СССР.

февраля 1991 г. произошли два события, существенно повлиявшие на дальнейшую историю референдума и политическую борьбу в стране. В этот день было принято постановление Верховного Совета РСФСР «О мерах по обеспечению проведения референдума СССР и референдума РСФСР 17 марта 1991 года». В нем было написано: «Разрешить Центральной комиссии РСФСР по проведению референдумов включить в один бюллетень для голосования два вопроса, вынесенные на Всероссийский референдум». Второй вопрос уже был известен депутатам РСФСР: «Считаете ли Вы необходимым введение поста Президента РСФСР, избираемого всенародным голосованием?» В Верховном Совете России уже шел сбор подписей депутатов с целью включения этого вопроса в бюллетень референдума.

В тот же день председатель КГБ В. А. Крючков направил Президенту М. С. Горбачеву пространное письмо «О политической обстановке в стране».

Письмо председателя КГБ СССР претендовало на то, чтобы стать «программой действий» союзного руководства на 1991 г. Крючков сообщал, что из-за острого политического кризиса возникла угроза развала Союза, демонтажа общественно-политической и экономической системы, что «глава российского парламента вкупе с определенными силами... явственно заявили свои претензии на создание "второго центра" в противовес государственному политическому руководству СССР». Крючков настаивал, что «политика умиротворения агрессивного крыла "демократических движений"... позволяет псевдодемократам беспрепятственно реализовать свои замыслы по захвату власти и изменению природы общественного строя».