Советский Союз. История власти. 1945–1991

И вдруг со смертью Сталина, казалось, все меняется: 17 марта Берия направляет Маленкову протокол допроса некой гражданки, которая сообщила, что бывший заместитель министра государственной безопасности М. Д. Рюмин пытался добиться ее расположения, арестовав ее мужа. Интересен вывод Берии: «Учитывая, что Рюмин являлся организатором фальсификаций и извращений в следственной работе, мною дано указание об аресте Рюмина». Сразу же начался пересмотр обвинений, выдвинутых против участников «дела врачей». Поступили показания от подследственных, сообщавшие ужасные подробности «механики следствия»¹². Впрочем, эти известия не были тайной для тех, кому они сообщались.

Берия, став министром внутренних дел, начал с пересмотра политических процессов, которые велись в послевоенный период.

91

Своим первым приказом по МВД новый министр приказал создать следственную группу по пересмотру ряда особо важных дел. К числу их были отнесены: «дело арестованных врачей» (обратите внимание на изменение терминологии!), «дело арестованных бывших сотрудников МГБ СССР», «дело арестованных бывших работников Главного артиллерийского управления Военного министерства СССР», «дело арестованной МГБ Грузинской ССР группы местных работников». Руководство работой по пересмотру дел было возложено назаместителей министра МВД СССР С. Н. Круглова, Б. 3. Кобулова и начальника 3-го Управления МВД (разведка и контрразведка) С. А. Гоглидзе.

2 апреля 1953 г. Берия подал в Президиум ЦК КПСС записку об убийстве С. М. Михоэлса, в которой сообщал, что знакомство с Михоэлсом стало основанием для обвинений в террористической и шпионской деятельности врачей М. С. Вовси, Б. Б. Когана, А. М. Гринштейна, жены Молотова — П. С. Жемчужиной. Записка свидетельствовала, что все обвинения против Михоэлса были сфальсифицированы. Подлинными организаторами его убийства назывались Сталин, Абакумов, заместитель Абакумова С. И. Огольцов и бывший министр МГБ Белоруссии Л. Ф. Цанава¹³

На следующий день, 3 апреля 1953 г., Президиум ЦК КПСС, заседавший почти в том же составе, что и 9 января того же года, принял резолюцию по докладу МВД СССР о «деле врачей-вредителей». Однако на этот раз члены Президиума должны были прийти к совершенно противоположным выводам:

«1. Принять предложение Министерства внутренних дел СССР:

а) о полной реабилитации и освобождении из-под стражи врачей и членов их семей, арестованных по так называемому "делу о врачах-вредителях", в количестве 37 человек;

б) о привлечении к уголовной ответственности работников быв. МГБ СССР, особо изощрявшихся в фабрикации этого провокационного дела и в грубейших извращениях советских законов.

Утвердить прилагаемый текст сообщения.

Предложить бывшему министру государственной безопасности СССР т. Игнатьеву С. Д. представить в Президиум ЦК КПСС объяснение о допущенных Министерством государственной безопасности грубейших извращениях советских законов и фальсификации следственных материалов.

Принять к сведению сообщение тов. Л. П. Берия о том, что Министерством внутренних дел СССР проводятся меры, исключающие возможность повторения впредь подобных извращений в работе органов МВД.

Отменить Указ Президиума Верховного Совета СССР от 20 января 1953 г. о награждении орденом Ленина врача Тимашук Л. Ф., как неправильный, в связи с выявившимися в настоящее время действительными обстоятельствами.

Внести на утверждение Пленума ЦК КПСС следующее предложение Президиума ЦК КПСС:

"Ввиду допущения т. Игнатьевым С. Д. серьезных ошибок в руководстве быв. Министерствам государственной безопасности СССР признать невозможным оставление его на посту секретаря ЦК КПСС"

Настоящее постановление вместе с письмом тов. Берия Л. П. и постановлением специальной следственной комиссии МВД СССР разослать всем членам ЦК КПСС, первым секретарям ЦК компартий союзных республик, крайкомов и обкомов КПСС»¹⁴.

Напомним, что Игнатьев не имел никакого самостоятельного значения в пресловутом деле. Оно было начато по инициативе Политбюро ЦК КПСС, на всех этапах контролировалось и направлялось лично Сталиным и Маленковым. 5 апреля Игнатьев был освобожден от обязанностей секретаря ЦК КПСС, 28 апреля выведен из членов ЦК. Стрелки следствия перевели его движение в обратном направлении. Начали выяснять, кто стоял за ним. В очередной раз следственным путем пытались выяснить то, что и так было хорошо известно. Следствие приобретало новую политическую окраску. Да, дело Абакумова — Шварцмана надо было заканчивать, но вряд ли тот вариант, который предлагался Берией, вызывал энтузиазм у некоторых членов Президиума и секретарей ЦК, высших государственных чиновников. Возникла угроза, что доберутся не только до «стрелочников», но и повыше...