Советский Союз. История власти. 1945–1991

Пересмотру и переоценке подвергались краеугольные положения социалистической, пролетарской идеологии. В первые послесталинские годы можно отметить некоторую растерянность тогдашнего агитационно-пропагандистского аппарата, утратившего прежние однозначно ясные и примитивные ориентиры. Прагматизм во внешней и внутренней политике, продемонстрированный руководством СССР в это время (прекращение войны в Корее, начало реформ в сельском хозяйстве, амнистии), вступал в противоречие с идеологическим догматизмом. И в это время появляются попытки пересмотреть казавшиеся незыблемыми установки «Краткого курса истории ВКП(б)».

Проблема эта остается практически неизученной. Тем более важной представляется необходимость проанализировать одну из первых попыток штурма идеологических твердынь.

Первые признаки ослабления давления идеологического пресса породили надежды у интеллигенции. П. Л. Капица, физик и смелый человек, увидел новое в докладе Хрущева на сентябрьском Пленуме ЦК 1953 г.: «Не только доклад очень интересен даже для человека, стоявшего далеко от сельского хозяйства, но главное — это смелость и искренность, которую у нас после Ленина стали забывать. Ведь отсутствие боязни открытой критики есть основное свойство сильного общественного строя и признак здорового роста страны...»

117

...29 мая 1954 г. чемпион мира по шахматам М. М. Ботвинник обратился к секретарю ЦК КПСС, одному из главных идеологов КПСС П. Н. Поспелову. В письме, написанном аккуратнейшим, почти каллиграфическим почерком, Ботвинник не без лукавства сообщал:

«Уважаемый Петр Николаевич!

К шахматным гроссмейстерам иногда обращаются совсем слабые шахматисты со своими теоретическими "изысканиями". Эти изыскания, несмотря на самое снисходительное к ним отношение, как правило, оказываются непригодными.

Отдавая себе отчет, что я являюсь весьма слабым политиком, и также рассчитывая на Ваше снисхождение, прошу Вас, Петр Николаевич, если Вы найдете время, ознакомиться с прилагаемыми заметками...»

«Прилагаемые заметки» составили 9 страниц написанного Ботвинником мелким, убористым почерком трактата под названием «Возможна ли социалистическая революция на Западе без третьей мировой войны?». Сразу сделаем важное примечание: М. М. Ботвинник полностью отдавал себе отчет в небезопасности теоретических упражнений на тему судеб социализма в мире. Отсюда и «самоуничижение» автора, и даже форма его послания. Рукопись исключала возможность отыскивать тех, кто печатал это сочинение. Об этом много позже говорил сам Ботвинник.

Ботвинник исходил из утверждения, что третья мировая война будет ядерной и может иметь своим результатом уничтожение жизни на Земле. Он констатировал практически одинаковые подходы американских и российских политиков, сопоставляя заявления А. Даллеса и Г. М. Маленкова. Следующий вывод Ботвинника — в войне могут быть заинтересованы только монополисты, не желающие дальнейшего распространения социализма,— достаточно банален. Однако дальнейшие заключения автора банальными не назовешь. Он пустился в изыскание путей сделать социализм привлекательным для большинства населения капиталистических стран.

Сначала шел небольшой исторический пассаж. Как совершенно очевидное М. М. Ботвинник констатировал: «Когда речь идет о какой-либо отсталой, аграрной стране, вопрос о союзниках пролетариата решается наделением крестьян землею — в этих странах крестьянство составляет большинство населения...» Нетрудно разглядеть здесь недавнюю историю Советского Союза. Россия, таким образом, определялась как отсталая, аграрная страна, а победа пролетариата выступала как производная от массовой поддержки крестьянства. Этот тезис несколько позже получит поддержку в профессиональной историографии СССР и станет объектом резкой партийной критики.

Другое дело — индустриализированная Западная Европа. Ботвинник вносит невероятное предложение: «Надо подавляющее большинство промежуточных слоев материально заинтересовать в социалистической революции». Он останавливается на программе Компартии Великобритании «Путь Британии» как примере того, как не следует агитировать за социализм.

Что хорошего обещали британские коммунисты своим соотечественникам? Только то, что, как цитирует Ботвинник, «мелкие торговцы и предприниматели, так же как и мелкие земельные собственники в сельских районах, будут освобождены от ограничений, вводимых монополистами». «И все,— пишет шахматист- политик.— Больше Компартия Великобритании ничего не обещает». Зато коммунисты предлагают аннулировать все акции, не делая никаких различий между крупными и мелкими собственниками. Отсюда и вывод Ботвинника: «Следует ли удивляться, что промежуточные слои в Великобритании по-прежнему с недоверием относятся к компартии и отдают свои голоса консерваторам и лейбористам?» Ботвинник убежден в необходимости опираться на мелких собственников, которые составляют, по его словам, «⁹/ю всех лиц, живущих чужим трудом полностью или частично, то есть лиц, собственность которых будет экспроприирована».