Советский спецназ в Афганистане

На стол председателя КГБ легла докладная записка «кротов» разведки ПГУ, составленная по событиям формирования спецназа в Израиле и Америке. А так как Андропов считал Америку главным врагом СССР и источником зла, то он никак не мог отбросить в сторону столь значительные военные приготовления противника.

К этому моменту по всему миру уже действовали части спецназа, а в Израиле их уже насчитывалось целых двадцать восемь — отлично вооруженных и обученных отрядов спецназа. Вообще, редкий читатель знает, что спецназ Израиля формировали советские офицеры НКВД СССР и — что очень важно с исторической точки зрения — формировали его по приказу Сталина в 1948 году, когда Израиль получил государственное признание на международном уровне.

29 июля 1974 года Андропов подписал суперсекретный приказ, начинающийся двумя нулями, о штатном формировании отряда специального назначения КГБ — отряда «А». Что особенно важно отметить, этот приказ не дали на перепечатку даже самым проверенным машинисткам КГБ и о формировании этого спецназа знали буквально единицы сотрудников КГБ и ЦК партии. Отряд «А» сформировали в Седьмом управлении КГБ СССР, что говорило о его заграничной направленности, ведь Седьмое управление занималось тогда охраной дипломатических представительств СССР. Начальником этого управления в 1974 году был генерал-майор Михаил Михайлович Милютин. И практически вся первичная работа по формированию сверхсекретного спецназа антитеррора легла на его плечи.

Вот что вспоминает бывший сотрудник «Альфы» первого призыва полковник Валерий Емышев:

«В 1974 году я окончил очное отделение Высшей школы КГБ. Отправили служить в Седьмое управление, хотя, признаться, планы у меня были другие.

Но так распорядилась судьба. Наверное, в моем распределении сыграло важную роль то, что я раньше служил в “семерке”. Активно занимался спортом, был чемпионом управления. О группе тогда практически ничего не знали, секретность полнейшая. Даже при зачислении в ее состав — все беседы тет-а-тет, шептали на ухо. Мне, например, сказали, что будущая работа связана с риском для жизни. И только. Ну что ж, с риском — так с риском, решил я.

В 74-м мне уже было 32 года. Для нашей работы немало. Голов — старше меня на год, немного помоложе Бодров и Федосеев. Савельеву было меньше на четыре года. Самыми старшими были Леденев и Ивон.

Наша первая операция — освобождение Министерства здравоохранения в Рахмановском переулке. Тогда студенты-иностранцы захватили это министерство…»

В отряд отбирали самых проверенных, физически выносливых и профессионально подготовленных. Многие офицеры и прапорщики до прихода в отряд уже прошли путь чекиста в других отделах и Управлениях КГБ. Ведение огня из всех видов оружия, вождение всех видов автотранспорта и боевых машин, умение думать, оперативно подбирать ситуации, безошибочно принимать по этим ситуациям решения, действовать быстро и напористо. Со временем у отряда появилось свое медицинское и психологическое обеспечение, собственная учебная программа. Учились на примере западных спецназов, изучали их учебные программы.

Первым командиром «Альфы» был назначен майор Бубенин. На первых порах в состав отряда было зачислено тридцать сотрудников. В начале формирования пришлось туго с материально-техническим обеспечением, но вскоре отряду была выделена и учебная база.

Заместитель командира отряда Роберт Петрович Ивон занимался разработкой и проведением тренировок, учений, полевых выходов, а Михаил Михайлович Романов отвечал за физическую и специальную подготовку офицеров «Альфы». Было разработано учебное пособие по специальному вооружению отряда, выработаны модели освобождения заложников. И даже своими руками сотрудники изготовили первое учебное пособие: автобус-ловушку. То есть это практически засада для террориста, который потребует для доставки в аэропорт после совершения теракта автобус. Вот такой автобус для террориста и изобрели офицеры «Альфы»: он мог мгновенно наполняться усыпляющими газами. Пришлось преодолеть массу проблем: ведь на первом этапе все упражнения и опыты ставились на животных — кошках и собаках. Были проблемы правового характера: многие страны Запада — Турция, Аргентина, Колумбия и прочие — категорически отрицают путь переговоров с террористами, а надо было выработать как бы международную модель захвата и борьбы с террористами. Пытались даже на себе проверять газовое оружие западного производства. За границей закупили подвесные системы «Роллглис» для работы на вертикальных поверхностях и радиофицированные пуленепробиваемые жилеты. А вот «кейсы», куда можно уложить почти все оружие диверсанта, придумали сами.

Одежду позаимствовали у летчиков, а спецкомбинезоны выдумывали сами и шили в спецателье КГБ. Для ближнего боя использовали автомат «скорпион». В закрытых НИИ заказывали спецоружие. Вскоре в составе отряда было создано и подразделение боевых пловцов, которые тренировались на Балтике и на Кубе. Многое в своих программах боевые диверсанты «Альфы» позаимствовали у кубинского спецназа.