Советское государство и кочевники. История, политика, население. 1917—1991

На советско-афганской границе происходили вооруженные столкновения между басмачами и советскими пограничниками. Так, например, 11 мая 1926 г. банда под командой Чаян-Сер-дара напала на советский пограничный пост. В письме Наркомата по военным и морским делам и РВС СССР командующему войсками Среднеазиатского военного округа²⁷¹ от 22 июня 1926 г. содержатся данные о факте «допуска афганских кочевников на близкое расстояние и расстреле их почти в упор из пулеметов» советскими войсками в районе поселка Тахта-Базар. НКИД СССР считал, что такие действия «не вызывались действительной необходимостью»²⁷².

Однако очевидно, что советские войска сражались не с «кочевниками», а с басмачами. В еще одном письме Наркомата по военным и морским делам и РВС СССР от 23 июня 1926 г. сообщалось, что само афганское правительство называло их «бандами» и выражало готовность бороться с их вторжением на территорию СССР. От НКИД для этого требовалось предоставлять «самую точную и своевременную информацию… о всех возникающих конфликтах в погранполосе, для соответствующих дипломатических переговоров с афганским правительством»²⁷³

.

На ухудшение отношения Советского государства к трансграничному кочевью повлияло осложнение международной обстановки в конце 1920-х гг., особенно после 1927 г. – года «военной тревоги», связанной с обострением отношений между СССР, с одной стороны, и Великобританией и Китаем, с другой стороны. В Туркмении весной 1927 г. ходили слухи, что «объявление войны со стороны Англии Советскому] Союзу – вопрос ближайших дней, а потому надо скотоводам скорее перекочевать в Персию, дабы… Советская] власть не могла реквизировать скот для Красной армии». (Впоследствии эти слухи рассеялись.)²⁷⁴ В том же году обозначилась тенденция к резкому сокращению въезда в СССР из Западного Китая и получению советского гражданства откочевниками и другими иммигрантами из Китая²⁷⁵.

В августе 1928 г. советская разведка докладывала, что «англичане усилили свою работу среди племен юга и юго-запада Персии». Эта работа включала в себя вооружение дружественных Великобритании племен, подкуп ханов, натравливание их друг на друга. Такая деятельность, по мнению советской разведки, велась не только для защиты близлежащих британских колоний (Индии и Ирака²⁷⁶

), но и для создания «наступательного плацдарма»²⁷⁷ против СССР. В то же время советские власти видели возможность использования настроений части кочевников против интересов Великобритании. Так, туркменское население персидской провинции Астрабад считало, что британцы лишили его возможности традиционного грабежа соседнего населения (аламан). Поэтому в СССР считали «естественным ожидать, что в нашей борьбе с Англией в первое время они (астрабадские туркмены. – Ф. С.) будут с нами»²⁷⁸

. В дальнейшем ситуация в приграничных с СССР регионах ухудшалась, о чем будет рассказано в следующей главе книги.

В сопредельных странах отношение к трансграничному кочевью было примерно таким же, как в СССР. До Октябрьской революции Китай расценивал приток откочевников из России как угрозу усиления российского влияния в Синьцзяне²⁷⁹, тем более что в этом регионе – например, в его юго-западной части (Кашгарии) – часть местных жителей еще до революции приняла российское подданство (правительство Российской империи предоставляло за это целый ряд весьма существенных льгот). Генеральный консул СССР в Кашгаре М.Ф. Думпис, прибывший туда в июле 1925 г., сообщал, что бывшие российские подданные очень обрадовались его приезду, так как они теперь считали себя гражданами Советского Союза. Он полагал, что этот настрой необходимо было поддержать²⁸⁰.

Власти Северо-Восточного Китая вели борьбу с советским пропагандистским воздействием на монгольское и бурятское население региона. В мае 1927 г. прошедший в Хайларе местный съезд принял решение «о предохранении молодежи от революционной заразы». Китайские власти Синьцзяна препятствовали трансграничной миграции – так, в 1930 г. они потребовали от СССР возвратить 47 семейств киргизов, бежавших в Советский Союз²⁸¹

. Япония после оккупации ею Маньчжурии в 1931 г. установила жесткий режим охраны границы с Советским Союзом, не допуская миграций²⁸².

Острая борьба за кочевое население развернулась между СССР, Афганистаном и Персией. Афганские власти стремились вернуть своих откочевников, ушедших в СССР. В июле 1927 г. губернатор Гератской провинции отдал распоряжение о выделении отряда в составе 15 человек для содействия обратной перекочевке эмигрантов, перешедших в СССР в районе Кушки, на территорию Афганистана. Для «увещевания» откочевников к ним были направлены влиятельные духовные лица. В начале осени 1932 г. были отмечены попытки афганских властей «уговорами и оружием» задержать волну реэмиграции в СССР²⁸³. В начале 1930-х гг. Персия пыталась оставить себе население, откочевавшее из Советского Союза после начала форсированной коллективизации, а СССР этому препятствовал²⁸⁴.