Современная идеологическая борьба и проблемы языка

В тех случаях, когда преемственность между идеологическими формами отсутствует (например, религиозная идеология – система атеистических взглядов), в языке может развиваться многозначность несколько иного типа: термин идеологически маркирован в системе одной идеологии и воспринимается как идеологически нейтральный представителями другой идеологии (как это происходит с религиозными терминами в русском языке). Следует отметить, что многозначность идеологизированной лексики определенным образом отличается от многозначности слов, принадлежащих к другим семантическим полям. При определении многозначности в обычном смысле одним из основных ее признаков является то, что проявление тех или иных значений зависит от употребления слова в различных лексико-семантических позициях. В отношении идеологически обусловленной многозначности этот принцип совершенно не соблюдается. Зачастую даже из достаточно широкого контекста трудно выявить, какое значение имеет тот или иной идеологический термин. Для того чтобы это установить, необходимо привлечь к рассмотрению широкий социальный контекст (см. подробнее: [Крючкова, 1982₁, 1981]).

Многозначность характерна далеко не для всех идеологически связаных терминов, что обусловлено также особенностями соотношения понятийных систем различных (по содержанию) идеологий. Так, если какое-либо понятие возникает непосредственно в новой идеологической системе, то, как правило, обозначающий его термин бывает однозначным, т.е. в него вкладывают одно и то же содержание представители различных идеологий, но в таких случаях существенные различия возникают в оценочном компоненте значения слова, т.е. слово становится полиэмоциональным, ср., например, слово большевик. Представители и пролетарской и буржуазной идеологии обозначают им последователя и сторонника большевизма, коммуниста, однако в устах первых оно эмоционально окрашено явно позитивно, а в устах вторых – негативно. Следует отметить, что взаимоотношения между понятийным и эмоциональным компонентами значений идеологизированных слов могут быть различными. Кроме описанного случая, встречаются еще два:

1) понятийный компонент слова в системах различных идеологий различается, а оценочный – одинаков; например, слово социализм в буржуазной идеологической концепции «шведской модели социализма» и в рамках идеологии марксизма-ленинизма имеет совершенно различное содержание, но оценочный компонент его и в том и в другом случае позитивный;

2) в системах двух идеологий различаются как понятийный, так и оценочный компонент значения слова; например, реформизм буржуазными идеологами трактуется как движение за улучшение какого-либо состояния или программы (эмоциональный компонент позитивный), представители пролетарской идеологии понимают под реформизмом приспособление политики и идеологии рабочего движения к интересам и потребностям непролетарских (буржуазных и мелкобуржуазных) слоев (эмоциональный компонент негативный).

Идеологизированные слова могут и не иметь явно выраженной эмоциональной окраски. Ср., например, слово материя: в системах материалистических и идеалистических взглядов значение его различно, при этом с точки зрения эмоционально-оценочной оно нейтрально.

Кроме идеологически обусловленной многозначности, в языке существует и идеологически обусловленная синонимия, т.е. случаи, когда один и тот же денотат представителями различных идеологий обозначается различными звуковыми комплексами, ср., например, употребление буржуазией слова Arbeitgeber ʽработодательʼ вместо термина Kapitalist ʽкапиталистʼ, Parteichef ʽпартийный шефʼ вместо Parteisekretär ʽсекретарь партииʼ и т.п. В первом случае путем замены одного слова другим предпринимается попытка затушевать классовые противоречия, во втором – создать впечатление, что между партийным руководством и рядовыми членами партии в социалистических странах существуют те же взаимоотношения, что и в капиталистических. Члены таких синонимических пар (или рядов), также как отдельные значения многозначных идеологизированных слов, строго «приписаны» к определенным группам людей, т.е. представители буржуазной идеологии всегда вкладывают, например, в слово демократия один смысл, а представители пролетарской – другой, первые для обозначения партийных руководителей в социалистических странах употребляют слово Parteichef, а вторые – Parteisekretär.