Современная идеологическая борьба и проблемы языка

Пуристические тенденции в языке западных армян особенно жесткие формы приняли в пределах Турции в связи с угрозой ассимиляции армянского языка турецким. По данным Р. Ачаряна, в армянской обиходно-разговорной речи было так много тюркизмов и арабизмов, что в ряде случаев язык был вполне понятен несведущему в нем носителю турецкого (см.: [Ачарян, 1951, 273]). Очищая армянский язык, пуристы заполняли образовавшиеся пустоты словами из арсенала древнеармянского языка. Однако в своем стремлении освободить язык от ненужных заимствований пуристы выбрасывали из языка вполне уместные и прижившиеся в нем чужие слова и термины, нередко заменяя их собственными неуклюжими изобретениями [Туманян, 1980, 160]. Вместе с тем многие из этих новообразований удержались в языке и употребляются в настоящее время вместо слов, имевших интернациональные корни, например вм. йод употребляется maniš, вм. кино – šaržankar, вм. телефон – калька heṙaxos, вм. термометр – калька ĵermačaph и т.д. [Там же].

Пуризм как определенная языковая политика, направленная на изменение внутренней структуры языка, основанная на идеологии и проводимая с конкретных идеологических позиций, наблюдался и в истории других языков, например французского, в который в течение многих лет активно проникали латинизмы. К XIV в. латинизмы шли во французский язык уже широким потоком в результате сознательного и преднамеренного их употребления такими переводчиками светских произведений, как Берсюир, Жак Бушо и особенно Оресм (см.: [Доза, 1956, 153]). Этому в значительной степени способствовало и то обстоятельство, что латынь была тогда еще живым языком, на котором говорило духовенство и интеллигенция. Еще больший размах это явление получило в эпоху Возрождения. Однако в период классического языка (XVII – XVIII вв.) отмечается отрицательное отношение к излишним латинизмам, которые стали изгоняться [Там же].

В целом же нельзя не согласиться с мнением Л.Б. Никольского, который полагает, что пуризм не может оградить язык от иноязычного влияния, он лишь преобразует его в завуалированной форме в материи национального языка [Никольский, 1970, 12].

·

Сфера и объем функционирования языка как объект активного вмешательства со стороны общества. Язык обладает рядом функций, среди которых наиболее важной является коммуникативно-экспрессивная. Выделяются также и другие функции языка – эстетическая, гносеологическая (см.: [Дешериев, 1977, 218; 1966, 54 – 55].

Коммуникативно-экспрессивная функция является функцией общения и характерна для всех языков. К общественным функциям относятся: функция преподавания, функция языка художественной, общественно-политической, научной и другой литературы, функция языка периодической печати, функция языка межнационального общения и др. Различные языки обладают разным объемом общественных функций (см.: [Дешериев, 1966, 54 – 55]). Так, например, языки бесписьменные не могут обладать указанными общественными функциями; с другой стороны, не все языки, имеющие древнеписьменные традиции, обладают всем комплексом вышеперечисленных функций – например, они могут не обладать функцией языка межнационального общения[39].

Общество всегда стремилось воздействовать на существующие принципы функционального распределения языков или форм их существования. Указанное сознательное и целенаправленное вмешательство осуществлялось с определенных идеологических позиций, с целью поддержки интересов правящих кругов в данной языковой ситуации. Под языковой ситуацией мы понимаем совокупность разных языков и вариантов или форм существования одного языка (функционально связанных друг с другом как взаимодополняющие), обслуживающих общество в целом в пределах данного административно-политического и территориального объединения, составляющего государство [Туманян, 1981, 74].

Языковая ситуация может быть одноязычной и многоязычной. Как в том, так и в другом случае функционирование языков или форм существования одного и того же языка может находиться (и чаще всего находится) под контролем общества. Поскольку языковая привилегия, как правило, ставит носителей конкретного языка или форм существования в более выгодное во всех отношениях положение, борьба за общественные и коммуникативные функции входит в круг интересов как государства в целом, так и отдельных общественно-политических групп.