Спасая Сталина. Война, сделавшая возможным немыслимый ранее союз

На карте план операции «Уран» напоминал вытянутую соту. В первые два дня наступления Красная армия совершила два прорыва. Девятнадцатого ноября румынские отряды, охранявшие северный фланг 6-й армии, были уничтожены, а в течение следующих двух дней то же самое произошло с румынами, охранявшими южный фланг армии. Двадцать первого ноября 7 тысяч румын попали в плен, не имея ничего, кроме потрепанных фотографий жен и детей, которых они больше никогда не увидят. В 1941 году, перед началом операции «Барбаросса», Гитлер хвастался своим командирам: «Нам нужно только выбить дверь, и все гнилое здание рухнет». В ноябре 1942 года пророчество сбылось, но гнилым зданием на грани разрушения оказалась как раз немецкая армия. К 24 ноября советское наступление шло пятый день, и Гитлер был достаточно обеспокоен сообщениями из Сталинграда, чтобы проконсультироваться с двумя из своих самых доверенных советников. Оба сказали ему то, что он хотел услышать. Фельдмаршал Эрих фон Манштейн пообещал прорвать советское окружение под Сталинградом и освободить 6-ю армию, а Герман Геринг, командующий люфтваффе, пообещал доставлять в Сталинград 500 тонн груза ежедневно.

Ни один из них не сдержал своего обещания. Девятнадцатого декабря люфтваффе доставили в осажденный город 262 тонны груза, то есть примерно половину того, что обещал Геринг. Первоначально операция «Винтергевиттер» («Зимняя буря»), попытка Манштейна вывести армию Паулюса из окружения, имела некоторый успех. Но по иронии судьбы сильный снегопад и пронизывающий ветер остановили его войска в 50 километрах от города. В результате серии поражений немцев на Кавказе в декабре и январе численность войск в Сталинградском котле увеличилась с 270 тысяч до 300 300 человек.

Теперь судьба предоставила генералу Паулюсу возможность войти в Валгаллу национал-социалистическим героем. После героической смерти на улицах Сталинграда ему устроили бы торжественные похороны и в последний путь его проводили бы Гитлер, Геринг и Геббельс. Многие офицеры воспользовались бы такой возможностью, но Паулюс не был одним из них. Он был полной противоположностью своего предшественника в 6-й армии, эпатажного и тщеславного Вальтера фон Райхенау, внезапно скончавшегося шесть месяцев назад. Паулюс – уравновешенный, воспитанный, разбиравшийся в творчестве Бетховена, – по словам служившего с ним офицера, был эгоцентричным тихоней. «Он всегда был безупречно одет – от белого воротника до безукоризненно начищенных ботинок», – вспоминал офицер. Спустя пять месяцев Сталинград выбил из него все тщеславие и сломил его характер. На заключительном этапе кампании коллеги вспоминали, что Паулюс был хронически «уставшим, вялым, подверженным приступам изнурительной болезни» и «переполненным невысказанной горечью по поводу роли, которую ему отвела судьба». В конце января, когда Красная армия зачищала последние вражеские форпосты, немецкий штабной офицер вышел из «Универмага» и подал знак лейтенанту Федору Ельченко, стоявшему перед магазином. Ельченко и двое его товарищей последовали за немцем в зловонный подвал магазина, где на полу лежали сотни умиравших немецких солдат. Среди стонов и плача Ельченко принял капитуляцию Германии от члена штаба Паулюса. Затем его отвели в другую часть магазина, где он обнаружил самого генерала, небритого и вялого, лежащим на кровати.

Позже Ельченко вспомнил, как сказал генералу: «Ну вот и все!» и Паулюс согласно кивнул[236]. Накануне, 30 января, Гитлер пообещал повысить Паулюса до фельдмаршала в надежде, что это воодушевит его и заставит выбрать героическую смерть. Это не сработало, и фюрер был крайне раздражен, а несколько дней спустя выразил свой гнев в разговоре со своими приближенными. «В Германии в мирное время, – отметил он, – от 18 до 20 тысяч человек в год решают покончить жизнь самоубийством. А у этого человека перед глазами 50 или 60 тысяч его солдат, храбро сражавшихся до конца. Как он мог сдаться?» На следующий день по немецкому радио транслировали «Траурный марш на смерть Зигфрида» из «Гибели богов»[237].

В Сталинграде в тот день пошел снег. Он ложился на воронки от снарядов, перевернутые цистерны и дома без крыш, в которых солдаты дрались за каждый этаж, захватывая комнату за комнатой. Снег падал на разбитую 62-ю армию Чуйкова, на склоны Мамаева кургана, на фабрику «Баррикады» – и на десятки тысяч убитых итальянцев, румын и венгров, валявшихся на сверкавших белых полях под сенью холодного февральского неба.

10Время прилива

Было два часа ночи, «Коммандо» летел в черном холодном небе, и Уинстон Черчилль проснулся от жжения в ноге. Он сразу понял, что дело в обогревателе. В салоне самолета «Коммандо» их было более десятка, чтобы поддерживать комнатную температуру в кабине и спальном отсеке во время длительных перелетов. Эти устройства еще требовали доработки: если одно из них выходило из строя, мог возникнуть пожар.