Спасительное равновесие

На третьем этапе вы, ваши близкие и врачи обобщаете информацию о первом и втором этапах и разрабатываете письменный план — своего рода договор — о том, что делать, когда вы ощущаете приближение маниакального, смешанного или гипоманиакального эпизода. Важно, чтобы все ключевые участники имели свободный доступ к плану и могли помочь вам привести его в действие, когда ситуация начинает обостряться. Ведь именно в это время вы реже всего обращаетесь за помощью. Эта глава посвящена только профилактике маниакальных или смешанных эпизодов. Мы также рассмотрим профилактику гипоманиакальных эпизодов, которые, хотя и наносят меньший ущерб, часто имеют схожий набор предупреждающих признаков и купируются с помощью тех же профилактических стратегий. В двух следующих главах обсуждаются способы предотвращения или минимизации ущерба от нисходящей спирали депрессии. Но, прежде чем перейти к конкретным процедурам, обсудим деликатный вопрос, который, возможно, уже приходил вам в голову: дискомфорт от того, что вы полагаетесь на других, когда вам плохо.

НЕМНОГО ПОМОЩИ ОТ ДРУЗЕЙ

Я начинаю кричать, а потом вдруг снова становлюсь счастливой, сон идет кувырком, мысли несутся так быстро, что я не успеваю их улавливать. Я становлюсь вспыльчивой и жесткой. Но самое странное — я даже не знаю, что больна. И зачем мне принимать лекарства, если я здорова? Первым об этом всегда узнаёт мой муж, затем — сестра, а потом — лучшие друзья. Я всегда узнаю последней, когда у меня начинается мания.

33-летняя женщина с биполярным расстройством I типа

Утрата способности понимать себя — неврологический признак мании: люди не видят ничего ненормального в своем поведении на пике эпизода, а иногда и на этапе подъема или выхода из эпизода [de Assis da Silva et al., 2017; Ghaemi, Sachs, Goodwin, 2000]. Это похоже на то, как после инсульта человек не осознаёт последующих нарушений памяти или когда он находится под гипнозом либо в состоянии сна и не понимает, что ведет себя не так, как всегда. Из-за неспособности разобраться в своем поведении близкие родственники (ваши родители, братья и сестры), супруг или романтический партнер, друзья обычно первыми распознают вашу манию и замечают в вашем поведении то, чего не видите вы (см. цитаты родственников ниже). Поэтому очень важно привлечь их к участию на всех трех этапах профилактики рецидивов. Вспомните упражнение из главы 8, где вас просили перечислить тех членов семьи и друзей, которым, по вашему мнению, вы можете доверять в чрезвычайных ситуациях (ваш основной круг общения). Близкие родственники должны участвовать в уходе за любым человеком с хроническим заболеванием, будь то психическое расстройство или физическое, например болезнь сердца или диабет. Из исследований в области психологии здоровья мы знаем, что наибольших успехов в оказании долгосрочной медицинской помощи добиваются специалисты, которые с самого начала научились вовлекать в нее членов семьи. Например, члены семей призывают пациентов есть здоровую пищу, бросить курить и не попадать в ситуации, когда трудно отказаться от сигареты, а еще заниматься спортом. Однако привлечение других людей — обоюдоострый меч: принятие помощи или контроля другого человека, вероятно, вызовет определенный психологический дистресс [Lewis, Rook, 1999].

Почему он возникает? Большинство людей возмущает мысль о том, что другие, особенно их родители, обретают над ними контроль в период болезни. В крайнем случае это может выглядеть как согласие на потерю независимости. Вполне понятная реакция, которая встречается у людей со многими заболеваниями. Например, людям с инсулинозависимым диабетом не нравится мысль о том, что кто-то другой должен сделать им инъекцию, если у них случится шок. Людей с высоким кровяным давлением или сердечно-сосудистыми заболеваниями не устраивает, что супруг может контролировать их питание или потребление соли.