Спецслужбы СССР в тайной войне

Соперничать с Китаем за влияние в юго-восточных и восточных областях Азии не имело никакого смысла. Во всех странах этого региона существовали и по сей день существуют большие китайские колонии. Всем им и в отношении культуры, и в отношении религии, и во всем остальном Китай был намного ближе, чем мы. Во многих случаях китайцы, живущие за границей, не только с симпатией относились к родине своих предков, но и оказывали ей важные услуги, в том числе поддерживали ее столь необходимой твердой валютой.

Прямая и слишком амбициозная конкуренция в этих странах была бы поэтому одинаково и затруднительной, и бессмысленной. Хорошие отношения с азиатскими странами необходимо строить на совершенно иных принципах.

Мы старались проявлять по отношению к ним свое дружеское расположение, если надо, помогать и финансами, и материально, включая сюда как строительство электростанций, культурных и спортивных сооружений, так и продажу оружия. Все это Китай с учетом его тогдашнего экономического положения позволить себе еще не мог.

Для усиления пропаганды советской политической системы, для устранения недоверия или даже враждебности мы использовали также всевозможные общественные, культурные, спортивные и прочие контакты.

Нам удалось построить хорошие отношения с Индией, Афганистаном, Ираном. Если бы в шестидесятые годы против нас повернулась и вторая самая населенная страна мира — Индия, положение на наших южных границах разом бы весьма дестабилизировалось. Поэтому мы изо всех сил старались поддерживать добрососедские отношения с государствами этого per иона.

Что касается азиатского континента, то в центре внимания мировой общественности была тогда небольшая, разделенная на две части страна на самом его юге — Вьетнам.

Со второй половины XIX века Вьетнам был колонией Франции, и только в 1954 году народно-освободительная борьба в этой стране, после сражений в районе Дьенбьенфу, завершилась победой и провозглашением независимости.

Однако национальную целостность сохранить не удалось. На севере страны возникла социалистически ориентированная Вьетнамская Демократическая Республика со столицей в Ханое, а на юге — республика Вьетнам с центром в Сайгоне и антифранцузски ориентированным режимом императора Бао-Дая.

Согласно Женевским договоренностям 1954 года территории этих двух государств должны были быть объединены на основе свободных выборов. Однако ничего подобного не произошло. Южновьетнамская реакция, поддерживаемая Западом, зубами и когтями держалась за власть в Южном Вьетнаме. И хотя в 1955 году императорство Бао-Дая было ликвидировано, на его месте утвердился диктаторский режим рода Дьемов с проамериканским премьером Нго Динь Зьемом.

Национально-освободительное революционное движение в Южном Вьетнаме, выступавшее под названием Вьет-Конг, оказалось в сложном положении. Поначалу с поддержкой Ханоя оно предпринимало лишь акции индивидуального террора против представителей сайгонской диктатуры, но с ходом времени было сформировано несколько партизанских отрядов, и в конце концов 20 декабря 1962 года был основан Фронт национального освобождения Южного Вьетнама. Практически одновременно возникла и Народно-революционная партия Южного Вьетнама, начавшая тесно сотрудничать с северовьетнамской Партией трудящихся.

К началу шестидесятых годов освобожденные территории уже занимали примерно три четверти Республики Южный Вьетнам. Сайгонский режим еле-еле держался, его кризис становился все более явным. Вашингтонские политики не захотели оставаться пассивными наблюдателями его неотвратимого падения.

После того как в начале шестидесятых годов Соединенные Штаты стали все более вмешиваться в дела Южного Вьетнама, посылая туда и военные силы, интерес Советского Союза к этому региону мира многократно возрос. Однако и тогда наши отношения с вьетнамскими коммунистами из-за ссоры с Китаем были весьма сложными.

Одним из мотивов нашего повышенного интереса к событиям во Вьетнаме (кроме естественного желания помочь прогрессивным силам) была и вероятная возможность установить контакты с отдельными американцами. Когда появляются подобные возможности, разведки разных стран всегда предпринимают попытки завербовать представителей враждебной стороны в свои агенты. Например, во время корейской войны нам это блестяще удалось в случае с англичанином Джорджем Блейком. Блейк со своими информациями стал одним из ценнейших источников, имевшихся тогда у КГБ на Западе.

Иным доводом для советского интереса к событиям во Вьетнаме было появление там американского оружия. Наши летчики и советники в начале конфликта принимали участие в весьма ограниченном числе военных операций на стороне северовьетнамцев и вынуждены были соблюдать особую осторожность. Переодетые во вьетнамскую униформу, они в разговорах пользовались только вьетнамским языком, а на русский переходили лишь в обстановке абсолютной безопасности. Несмотря на все их усилия, им не удавалось дать нам те сведения о вооружении неприятеля, в которых мы нуждались.