Справедливый приговор. Дела убийц, злодеев и праведников самого знаменитого адвоката России

А Поповы, А. и И., это именно и делали. Под этикетами, схожими с фирмой К. и С. Поповых, они сбывали свой низкопробный и вредный чай.

Сбывая, они достигали разом двух целей.

Вы знаете, что чай капорский они мешали только в поддельную обертку, а под литерами А. и И. они сбывали чай, равный цене, а иногда и лучший, чем позволяла цена.

Маневр ясен. Этикет давал подмеси сбыт и барыш — сбытчику, а дурное свойство чая под этим этикетом роняло доверие к фирме, именем которой они злоупотребляли. А рядом с дурным чаем предлагался чай доброкачественный под настоящей оберткой А. и И., чтобы покупатель знал, что на смену дискредитированной фирмы появляется новая, хорошая фирма с доброкачественным чаем.

Неужели же это недостойно порицания?!

А если достойно порицания, то поверьте, что распространение вами на новые нежеланные явления карательных мер закона едва ли сочтется за нарушение границ, положенных законом.

Законодатель, помоществуемый вашей опытностью, видя ваши усилия в борьбе со злом в его новых путях, вместе с вами не позволит преступлению уходить безнаказанным только потому, что оно придумает для одной и той же цели, для одного и того же результата несколько видоизмененную форму…

От вас мы ожидаем, что вы не дадите злу пересилить правду и отстоите ее от хитроумных способов, на которые так изобретательна нажива…

Дело об искусственных авариях в Керченском проливе (Франческо и др.)

Керчь-Еникальский пролив был очень мелок и вследствие этого для прохода больших судов неудобен. Пароходы приходилось перегружать, но, несмотря на это, были частые случаи посадки пароходов на мель. Для устранения такого неудобства, вредно отражавшегося на интересах русской торговли, Керчь-Еникальский пролив в 1876 году был правительством значительно углублен путем устройства канала.

Преследуемая при этом правительством цель не была, однако, достигнута, так как аварии и посадки судов на мель продолжались и даже чаще, чем до устройства канала.

Последнее обстоятельство в связи с состоянием погоды, временем дня и при условии существования одной только конторы по спасанию и перегрузке больших английских судов навело следственную власть на мысль о существовании правильно организованной шайки, которая искусственно устраивала аварии с целью извлекать для себя доходы.

Следствием было установлено, что организатором и душой такой шайки был Александр Франческо, служивший вначале матросом на каботажных судах, затем кухарем и, наконец, цеховым лоцманом.

Еще до устройства канала Франческо обзавелся лодками для перегрузки судов и путем всяких операций приобрел значительные средства, что побудило его к расширению своих операций. С этой целью он привлек к делу лиц с видным общественным положением. В числе последних был и великобританский вице-консул Иосиф Колледж, наживший до занятия этой должности состояние на всяких темных делах. Участие Колледжа являлось особенно важным, так как все контракты по спасению и перегрузкам ставших на мель английских судов заключались в его конторе; этим, между прочим, объясняется и то, что жертвой шайки были только английские суда.

Очень важным также являлось участие начальника лоцманского цеха А. Прасолова, по указаниям которого все члены цеха, узнавая из великобританского консульства об ожидаемых английских судах, переставляли бакены с таким расчетом, чтобы суда садились на мель; либо, будучи сами приглашены для проводки судна, сажали его на мель. Вызывавшиеся затем Франческо пароходы своими действиями умышленно увеличивали только аварию судна. Являлась необходимость заключать договор с Франческо о спасении судна, и для этого приходилось ездить в контору Колледжа.

Таким образом все действия шайки были сосредоточены в английском консульстве.

Так как для компании Франческо было чрезвычайно важно участие карантинного начальства, то к делу был также привлечен и помощник капитана над портом Михайлопуло.

Кроме всех этих лиц в состав компании вошли еще следующие лица: английский подданный Иван Подесто, греческий подданный Анастасий Мурато, купец Константин Зворано, приказчики Спиро, Кефала, Коруано, члены лоцманского цеха и др.

В отношении распределения прибылей между членами компании соблюдалась строгая последовательность, размер дивиденда каждого пайщика соответствовал положению его в деле: Франческо и Колледж получали более всех, менее их получали Зворано и Коруано, Мурато же, Падесто и Кефало получали только жалованье.

Совокупность всех данных, добытых следствием, привела к следующим выводам:

1) что в конце 1870-х и в начале 80-х годов в Керчи возникло преступное сообщество, имеющее целью путем умышленной посадки на мель в канале и в проливе английских судов и создания искусственных, ложных аварий достигнуть материальных выгод;