Сражение при Молодях 28 июля - 3 августа 1572 г.

В полковой росписи «береговой» рати дьяки Разрядного приказа указали, казалось бы, совершенно точную цифру численности полков, которые должны были сразиться с татарами летом 1572 г. — «всего во всех полкех со всеми воеводами всяких людей 20 034 чел., опричь Мишки с казаки»[83]. Детально расписанные по полкам, эти сведения представляются достаточно точными, не внушающими сомнений, а потому широко использовались различными авторами и проникли в художественную литературу[84]. Однако сомнения относительно их точности были высказаны достаточно давно. Так, Р.Г. Скрынников полагал, что русское войско могло насчитывать до 30-40 тыс. ратников, В.П. Загоровский определял его численность в 50 тыс. чел., А.А. Зимин с оговоркой писал о 73 тыс. русских воинов[85].

Для того, чтобы более или менее представить примерное число воинов, которыми располагал князь М.И. Воротынский летом 1572 г., прежде всего необходимо определить время составления и характер ведомости, имеющейся в нашем распоряжении. Анализируя источники, В.И. Буганов писал, что «…основной текст документов №№ 1 — 3 (наказ Воротынскому, роспись войска и перечень голов. — В.П.) был составлен, очевидно, в конце зимы — начале весны 1572 г., но до отправки воевод и войска с нарядом (артиллерией) на берега р. Оки, а дополнения и исправления были сделаны уже в ходе отправки войска на службу весной 1572 г. (выделено нами. — В.П.)…»[86].Эти предположения подтверждаются находкой Г.Д. Бурдея, который указал точную дату составления росписи — 22 марта 1572 г., то есть роспись была составлена до того, как в Коломне состоялся царский смотр и полки начали выдвигаться на позиции, предписанные в наказе. Следовательно, есть все основания утверждать, что основной текст документов был составлен до того, как был произведен смотр всего войска. В этом случае становится ясным, почему составители росписи не указали в ней точное число казаков атамана М. Черкашенина, что должны были прибыть на соединение с «береговой» ратью. В момент составления росписи неизвестно было, сколько казаков явится с названным атаманом, поскольку они были не холопами великого государя, а вольными людьми, его союзниками, и в поход могли выступить и сто, и тысяча, и больше воинов, одним словом, сколько «похочет».

 Таким образом, из всего вышесказанного вырисовывается следующая картина — в конце зимы — начале весны 1572 г., в преддверии очередной «татарской» кампании, дьяки Разрядного приказа составили предварительную роспись выделяемого для нее войска. Естественно, что эта она была неполной и не отражала реальное состояние армии, которая оказалась на «берегу» летом того же года. Почему? Во-первых, в наказе Воротынскому четко и недвусмысленно прописано: «А которым князем, и детем боярским, и немцом,

Подготовка русских войск к кампании 1572 г.

и стрельцом, и казаком и всяким людем в котором полку быти, и тому послана к бояром и воеводам розпись и списки. И боярину и воеводе князю Михаилу Ивановичю Воротынскому взяти себе списки и бояром и воеводам списки роздать…»[87]. Значит, именно эта предварительная роспись и была выдана Воротынскому, он же раздал ее копии подчиненным воеводам. Далее князю предписывалось после сбора ратных людей в районе Коломна—Кашира выступать на позиции по «берегу»[88]. И далее из контекста наказа следует, что после прибытия на указанные места князь должен был «…поимати по полком памяти: сколько с кем будет людей полковых в доспесех и в тегиляех, и без тигиляев и сколько кошевых. Да розписати, выбрав, головы добрые и розписати детей боярских и их людей по головам (выделено нами. — В.П.) по всем полком, чтоб всех людей розписати заранее»[89].

Итак, можно с высокой степенью уверенности предположить, что на основе этой предварительной росписи, после смотра по прибытии на места, М.И. Воротынский должен был провести окончательное «устроение» полков, включая и «прибылых» украинных воевод с их людьми[90], составив новую, на этот раз полную и окончательную роспись ратных людей всех разрядов «по головам», включая сюда послужильцев детей боярских и (sic –!) даточных пищальников[91]. Между тем в росписи указаны «по головам» дети боярские, стрельцы, казаки городовые и наемные, «немцы» ротмистра Ю. Фаренсбаха (о них речь ниже — В.П.), вятчане «на струзех», тогда как ни послужильцев детей боярских, ни даточных, ни кошовых, что должны были быть описаны «опричь прочих» — их нет. Следовательно, цифра 20 тыс. чел. носит всего лишь предварительный характер и не отражает действительную численность русского войска при Молодях.