Сражение за Берлин. Штурм цитадели Гитлера. 1945

– Такие руки уже есть! – заявил Кребс. – Это руки фюрера!

– Тем не менее, – попытался привести еще один контраргумент Вейдлинг, – тем не менее должен быть создан четкий порядок подчинения. Каждый должен знать, кому он подчиняется. Мне, – Вейдлинг невольно повысил голос, – в последние недели не раз казалось, будто мы все живем в какой-то утопической стране. Разве вы не знаете, что наши корпуса уже давно не являются таковыми? Что наши дивизии в лучшем случае имеют численность одного батальона? (Сильное преувеличение. – Ред.) Что постоянно не хватает боеприпасов? Этими силами невозможно защитить Берлин! Берлин должен быть объявлен открытым городом!

Кребс выслушал эмоциональную тираду Вейдлинга с невозмутимым видом:

– Фюрер приказал защищать Берлин. Так оно и будет!

– В таком случае я могу попрощаться? – холодно поинтересовался Вейдлинг.

Кребс кивнул. Вейдлинг приказал еще раз связать его со своим корпусом. На этот раз к аппарату подошел майор Кнаппе.

– Послушайте, – торопливо сказал генерал. – Корпус остается в Берлине. Распорядитесь немедленно подготовить соответствующие приказы. Записывайте! У вас же есть карта с положением? Итак: 20-я моторизованная дивизия занимает сектор «Е» (Целендорф) на правом фланге; моторизованная дивизия СС «Нордланд» выдвигается в сектор «С» (Нидершёневайде); танковая дивизия «Мюнхеберг» занимает сектор «В» (Карлсхорст), а 9-я парашютная дивизия направляется в сектор «А» (Лихтенберг). 18-ю моторизованную дивизию необходимо снять с фронта и перебросить в северную часть района Темпельхоф, где она будет находиться в резерве. Командный пункт корпуса в Рудове ликвидировать. Штаб переезжает в административное здание аэропорта Темпельхоф. Немедленно найти там подходящие помещения. Я же отправляюсь к бывшим комендантам секторов. К утру прибуду в Темпельхоф. Все ясно?

– Так точно, герр генерал, – ответил Кнаппе. – Позвольте спросить: а что будет с артиллерией?

– Ах да. Полковник Вёлерман должен распорядиться, чтобы основные силы были дислоцированы в Тиргартене. Отсюда эффективность огня будет наилучшей. Все ясно? Конец связи.

Генерал Вейдлинг быстро и демонстративно холодно попрощался с Кребсом. Вейдлинг облегченно перевел дух, только выбравшись из подземного лабиринта на улицу. Капитан Гебхардт, который уже начал беспокоиться, искренне обрадовался, увидев генерала живым и невредимым. Правда, генерал был крайне озабочен и в почти резкой форме отдал приказ ехать. И только в пути, когда его легковушка, дребезжа, неслась по улицам Берлина, усыпанным грудами щебня и битого кирпича, генерал постепенно пришел в себя. В разговоре с Гебхардтом генералу наконец удалось облегчить свою душу и излить накопившийся гнев. Когда он добрался до первого коменданта сектора, его ярость уже улетучилась. Теперь Вейдлинг был готов попытаться спасти то, что еще можно.

В бункере фюрера под рейхсканцелярией генерал пережил тяжелые часы, однако то, что он наблюдал во время своей поездки по ночному Берлину, вогнало старого воина в краску. Он переезжал от сектора к сектору по горящему, дымящемуся, страдающему Берлину. Он понимал, что с военной точки зрения оборона столицы рейха не была оправданной. Здесь почти не было регулярных войск; батальоны фольксштурма занимали позиции на баррикадах и в траншеях. Немногие батареи, оснащенные в основном трофейными орудиями без боеприпасов, были не в состоянии оказать большое влияние на ход боевых действий. И только бригада штурмовых орудий и 1-я зенитная дивизия, насчитывавшая около трехсот стволов, были полностью боеспособны.

Генерал Вейдлинг прибыл на свой новый командный пункт на аэродроме Темпельхоф 24 апреля около 5 часов утра. Штаб корпуса со всеми своими отделами и транспортными средствами уже успел обустроиться на новом месте. Генерал быстро выслушал донесения за сутки, выпил чашку кофе и, несмотря на переживания последних часов, крепко заснул.

Около 9 часов утра генерала Вейдлинга разбудили, он умылся и побрился. Вейдлинг был полон энергии. После завтрака генерал приказал офицерам своего штаба собраться для обсуждения положения. Полковник фон Дувфинг доложил, что все приказы были разосланы и своевременно попали в войска. Четыре северные дивизии смогли организованно оторваться от противника. И только танковая дивизия «Мюнхеберг» была атакована в районе Рудова крупными силами противника, и не все ее подразделения смогли оторваться от неприятеля.

Генерал Вейдлинг и его начальник штаба склонились над картой. На какое-то мгновение всплыли уже почти забытые воспоминания. Два или три года тому назад перед ними лежали карты, на которых были изображены просторы России. Сейчас же это был обычный план города, который даже в эти дни еще можно было купить в любом книжном магазине Берлина.