Сражение за Берлин. Штурм цитадели Гитлера. 1945

В то время как ответственные офицеры коменданта Берлинского оборонительного района с обстоятельностью, свойственной офицерам Генерального штаба, разрабатывали этот план, бои на улицах города продолжались с неослабевающей ожесточенностью. Противник непрерывно наседал, оттесняя защитников к центральной части города. И вот бои разгорелись уже в самом центре Берлина. При поддержке тяжелой артиллерии русские форсировали Шпре в районе улицы Инвалиденштрассе и создали здесь плацдарм. Войска СС ожесточенно защищали старинную площадь Шпиттельмаркт в центральной части города. Бойцы СС закрепились в руинах крупных универмагов. Командные пункты расположились в новом здании рейхсбанка. Французские добровольцы из дивизии СС «Шарлемань» уничтожили в ближнем бою на площади Белльальянсплац шесть советских Т-34. Ожесточенные бои шли и вокруг зенитной башни в Фридрихсхайне.

Вечером этого дня центр Берлина все еще находится в руках защитников столицы рейха. Однако все внешние районы, за исключением района Груневальд, были захвачены русскими. Протяженность территории, которую в этот день занимали защитники города, составляла в направлении с севера на юг от двух до пяти километров, а в направлении с востока на запад до пятнадцати километров. Красная армия была уверена в своей победе; 28 апреля она вывела свои крупные соединения из района Груневальд, чтобы бросить их навстречу 9-й армии, которая прорывалась в направлении Потсдама.

Генерал-полковник Берзарин, командующий 5-й советской ударной армией, издал вечером 28 апреля следующий приказ:

«ПРИКАЗ № 1

начальника советского гарнизона города Берлина

Сегодня я назначен начальником гарнизона и комендантом Берлина. Согласно данным мне командованием Красной армии полномочиям, вся административная и политическая власть переходит в мои руки.

Н. Берзарин, генерал-полковник».

Тем самым начиналась новая фаза в истории города Берлина. Люди, которые жили в еще не занятой советскими войсками части города, ничего об этом не знали. Они все еще цеплялись за шаткую надежду на то, что в последнюю секунду их освободят извне. Газета «Дер панцербэр» – это последняя ежедневная газета, которая выходила в Берлине, – так комментировала события этого дня:

«Деблокирующие войска, которые извне наносят удар в направлении Большого Берлина, уже находятся в опасной близости от противника. <…> Теперь все зависит от того, чтобы защитники внутренних районов Берлина всеми силами удержали свои позиции, что, в свою очередь, позволит наступающим извне войскам в полной мере проявить себя при осуществлении задуманных операций, а соединения противника окажутся при этом разбитыми. <…> Наша задача ясна: мы стоим и держимся. С нами фюрер. Ну а там, где фюрер, там победа!»

Солдаты и гражданские лица, у которых еще имелись радиоприемники, слышали в сводке новостей вермахта:

«…наши войска на Эльбе повернулись к американцам спиной, чтобы атакой извне облегчить положение защитников Берлина…

Брошенные в бой с запада дивизии в упорной борьбе отбросили противника на широком участке фронта и вышли к городу Ферх!»

Все напряженно прислушивались, не приближается ли канонада со стороны Потсдама, возвещающая о подходе немецких войск. Радисты слышали лишь треск в наушниках и ничего не могли понять. Русские радиостанции забивали все частоты, от деблокирующих войск не было никаких сообщений. 12-я армия Венка, армейская группа Штайнера и 9-я армия Буссе так и не вышли на связь. Берлин был полностью отрезан от внешнего мира. Измотанные, истощенные и обескровленные только что сформированные дивизии XX немецкого армейского корпуса не смогли продвинуться дальше Ферха. Командир корпуса повернул свои войска и приказал им занять позиции фронтом на восток, чтобы, по крайней мере, принять остатки 9-й армии, прорывающейся из окружения, и спасти их от гибели. Тем самым это означало, что Берлин окончательно потерян – и списан со счетов.

Такова была ситуация, в которой генерал Вейдлинг приказал своим командирам секторов обороны Берлина явиться в 23.30 28 апреля в рейхсканцелярию. Он сам вошел в бункер глубоко под землей около 22.00.

В этот поздний час генерал встретил в кабинете Гитлера тех же самых людей, которые принимали участие в совещании накануне вечером. Вскоре после прибытия Вейдлингу предложили высказаться.

Комендант Берлинского оборонительного района доложил, что к настоящему времени положение в столице рейха не изменилось. Однако можно предположить, что отвод советских соединений из Груневальда объясняется операциями, направленными против 12-й армии.

– Герр генерал Вейдлинг прав, – поддержал на этот раз Вейдлинга Кребс. – Согласно поступившим к нам до сих пор донесениям, продвижение дивизий генерала Венка застопорилось, и они вынуждены перейти к обороне!

– Венк, Венк, – тяжело вздохнул Гитлер. – Я хочу знать, какова обстановка в Берлине!