Сражение за Берлин. Штурм цитадели Гитлера. 1945

День 29 апреля 1945 года генерал Вейдлинг провел на своем командном пункте. Он был прикован к нему. При свете дня ни один автомобиль не мог больше проехать по перегороженным баррикадами, засыпанным обломками зданий и находящимся под постоянным обстрелом улицам города. Густой дым от взрывов накрывал центр города плотной завесой. Связь с отдельными секторами обороны удавалось поддерживать только благодаря исправным, несмотря на все разрушения, телефонным линиям и с помощью офицеров для поручений.

В этот день советские армии перешли в последнее решительное наступление. Пользуясь своим подавляющим преимуществом, они давили с востока по направлению к центру города. Удар с юга был направлен через Темпельхоф и Германштрассе на Тиргартен, целью третьего удара с севера также является район Тиргартен с его зоопарком. На командный пункт непрерывно поступали новые, все более тревожные донесения. Вражеские танки подошли к имперскому спортивному комплексу, обстреливали дворец Шарлоттенбург и клинику Шарите. Бойцы сухопутных войск, подразделений люфтваффе, войск СС, батальонов фольксштурма и гитлерюгенда, отрядов моряков кригсмарине вели ожесточенные бои на Александерплац, на Шпиттельмаркт, Ноллендорфплац и на вокзале Анхальтер Банхоф.

Треугольный вымпел, который обозначал командный пункт дивизии «Мюнхеберг», уже давно был закрыт горами обломков и руинами. И только по постоянной толчее офицеров для поручений и связных можно было догадаться, что в одном из бункеров на Ноллендорфплац находится командная инстанция. Майор, обладатель дубовых листьев к Рыцарскому кресту, собрал вокруг себя в углу подвального помещения дюжину солдат всех рангов. Бойцы сидели на корточках на полу. На столе перед офицером лежал план города, на котором красным карандашом были нарисованы крестики и линии.

Майор поднял голову:

– Итак, вы поняли! У дивизии нет связи со своими соседями. Таким образом, вы должны попытаться добраться до командных пунктов соседних соединений и с каждого из них доставить генералу письменное донесение. Мы ждем вашего возвращения до полуночи!

– Герр майор, разрешите задать вопрос? – обратился к офицеру фельдфебель Хартман.

– Пожалуйста!

– Как нам вести себя, если нас остановят патрули СД или полевой жандармерии?

– Каждый из вас получит сопроводительный документ за подписью генерала. Есть еще вопросы?

Вопросов ни у кого больше не было. Бойцы молча надели каски, поправили поясные ремни и встали. Майор напутствовал солдат:

– Счастливо! С Богом!

– Или с чертом, – пробормотал себе под нос Рамлау.

Ефрейтор получил задание вместе с унтер-офицером Райнвартом добраться до командного пункта 18-й моторизованной дивизии в зенитной башне в Тиргартене. Оба бойца попрощались с остальными товарищами. Группы по два человека разошлись в разные стороны.

Фельдфебель Хартман и юный фаненюнкер унтер-офицер Шпааль должны были установить связь с дивизией СС «Норд-ланд». В нагрудном кармане мундира фельдфебеля находилась короткая записка генерала, в которой тот предлагал установить совместный передний край обороны и выработать особые световые сигналы для координации действий. Оба солдата перебежками продвигались сквозь руины, пробирались по подвалам, ныряли в подъезды полуразрушенных домов, мчались по горящим улицам, обходили взрывающиеся автомобили и рушащиеся здания. Оба крепко сжимали в руках свои пистолеты, поскольку никто из них не знал, не появятся ли уже за следующим углом советские солдаты. На пути им встречались лишь редкие прохожие. В основном это были бойцы батальонов фольксштурма, спешащие на сборные пункты. Иногда попадались отдельные группы мотопехотинцев, летчиков и матросов, которых использовали как резерв. Среди них встречались и бойцы гитлерюгенда с фаустпатронами на плече. Обоим солдатам приходилось много раз бросаться в укрытие, когда русские снаряды со свистом пролетали в воздухе и с грохотом взрывались среди уцелевших руин домов.

Оба солдата дивизии «Мюнхеберг» добрались до центральной части города. Здесь, где некогда жизнь била ключом, осталась лишь каменная пустыня. Фаненюнкер Шпааль хорошо ориентировался здесь, так как раньше жил на Белль-Альянсплац. Без его помощи Хартман не нашел бы дорогу. Над Вильгельмсплац стояла стена дыма и огня.

Неожиданно оба бойца заметили группу солдат в мундирах стального цвета. Это были эсэсовцы, которые окопались в угловом доме. Они удивились, когда Хартман и Шпааль внезапно появились перед ними. Молодой гауптштурмфюрер с Железным крестом 1-го класса на груди крикнул Хартману:

– Дальше нельзя, фельдфебель! Перед нами иван! Танки! – и сразу же после этого добавил: – Attention! Attention!

Только теперь Хартман заметил, что перед ними французы. В гауптштурмфюрере он узнал того офицера, которого они несколько дней – или недель? – тому назад встретили в Эркнере. Он даже вспомнил его фамилию.

– Герр капитан Фенэ? – спросил фельдфебель.