СССР и Гоминьдан. Военно-политическое сотрудничество. 1923—1942 гг.

В 1937 г. положение Мао Цзэдуна в руководстве КПК было еще не вполне прочным. Кроме оппозиционной группы, возглавляемой вернувшимся в Китай Ван Мином, конкуренцию ему были способны составить такие крупные партийные лидеры, как Чжан Готао, Чжоу Эньлай, Чжу Дэ, Пэн Дэхуай. В любой момент они могли как выступить на стороне Мао, так и инициировать его отставку. В этой ситуации Москва через Коминтерн, поддерживая Ван Мина, стремилась оказать давление на Мао Цзэдуна, склоняя его к сотрудничеству с ГМД³³⁵.

К концу 1938 г. ситуация внутри КПК изменилась. Позиции Ван Мина ослабли, а Мао добился поддержки большинства в Политбюро и лояльности лидеров партии. Получив свободу действий, Мао мог приступить к реализации своего плана по использованию военного времени для подъема революционных настроений. Это угрожало кризисом единому фронту и свертыванием сотрудничества СССР с Гоминьданом. Сталин, возможно, смог бы использовать крупные партизанские армии, созданные Мао в Северном Китае, но они были не способны компенсировать потерю ГМД как союзника против Японии.

В результате был найден компромисс. Взамен на лояльность и подчинение Чан Кайши в период борьбы с Японией Мао Цзэдун добился поддержки Кремля и Коминтерна, одобрения ими создания партизанских армий и принципа «независимости внутри объединенного фронта»³³⁶.

В отношениях компартии и Гоминьдана установился своеобразный баланс. Противоречия между партиями не были преодолены. Пропаганда каждой партии была нацелена доказать, что ее политические конкуренты даже в период общенациональной войны не действуют в интересах китайского народа. ГМД характеризовал КПК как марионетку Москвы и рассматривал подчиненные ей районы в качестве советского эквивалента режима Маньчжоу-Го. КПК, со своей стороны, представляла Гоминьдан беспринципно лавирующим между иностранными державами и неспособным по своей классовой природе к бескомпромиссной борьбе с империализмом. Тем не менее обе стороны были вынуждены сохранять единый фронт, который пользовался общественной поддержкой. Его разрушение для любой из партий было равносильно политическому самоубийству, поскольку повлекло бы обвинение в предательстве государственных интересов, превалировании узких партийных целей над национальной безопасностью и т. д. Учитывая тяжелую обстановку на фронте, КПК и ГМД не могли пойти на это.

На начальном этапе войны японцы сосредоточили крупные силы на севере Китая и в результате быстрого наступления 28 июля 1937 г. заняли Пекин, на следующий день – Тяньцзинь, а спустя месяц – Калган. 8 ноября 1937 г. они захватили крупный промышленный центр Тайюань, в конце декабря – Цзинань в провинции Шаньдун. Крупные наступательные операции были предприняты и в Центральном Китае. 13 августа 1937 г. начались бои за Шанхай, продлившиеся три месяца. С падением его обороны 12 ноября создалась угроза для китайской столицы. 12 декабря 1937 г. Нанкин был захвачен. За шесть недель, последовавших за занятием города японскими войсками, в нем было убито до 200 тыс. мирных граждан³³⁷.

К январю 1938 г. оккупация Северного Китая была завершена. Правительство Чан Кайши перенесло резиденцию в г. Ухань³³⁸. Весной и летом 1938 г. императорская армия продолжала наступление. Однако в апреле 1938 г. 13-я японская пехотная дивизия потерпела поражение под Тайэрчжуанем³³⁹. Для китайцев эта локальная победа имела большое моральное значение, но развить успех не удалось. После пятимесячной обороны 19 мая 1938 г. НРА оставила железнодорожный узел Суйчжоу. Ударом с моря противник захватил Сямэнь и Шаньтоу, а в октябре 1938 г. – Гуанчжоу. 27 октября японские войска заняли Ухань. Правительство ГМД приняло решение об отступлении во внутренние районы. Новой столицей Китая вплоть до 1945 г. стал Чунцин.

После взятия Гуанчжоу и Уханя все основные города и коммуникации Северного, Центрального и Южного Китая оказались в руках интервентов. Тем не менее Чан Кайши удалось сохранить боеспособность армии. Войска КПК создали в оккупированных районах опорные базы партизанского движения. Советская помощь и проведенная ГМД реорганизация НРА подготовили ее к длительной оборонительной войне, несмотря на тяжелое экономическое положение в стране.

Японские войска воздерживались от активных действий на фронте. Это было вызвано значительными потерями, возросшей нагрузкой на предприятия ВПК, необходимостью контроля над оккупированными территориями и борьбой с партизанским движением. Захватив побережье и промышленные центры Китая, Япония достигла целей, поставленных в 1937 г. Стратегические планы Токио изменились. Приоритет был отдан вторжению в Юго-Восточную Азию, чтобы воспользоваться ресурсами региона³⁴⁰. Это направление экспансии поддержало командование ВМФ, стремившееся к увеличению своей роли в военных кампаниях. В результате с 1939 г. японо-китайская война трансформировалась в позиционное противостояние³⁴¹. До 1944 г. противники по большей части ограничивались проведением локальных операций.