Сталин против Гитлера: поэт против художника

Иными словами, цитируя воспоминания сталинского переводчика Валентина Бережкова: «Работая в нацистской Германии в 1940 году, я наблюдал поразившую меня картину. То же обожествление «вождя», такие же массовые сборища и парады, на которых участники несли портреты фюрера, а детишки подносили ему букеты цветов. Очень схожая помпезная архитектура, героическая тема в живописи, подобная нашему социалистическому реализму. Упрятав в концлагеря и уничтожив всех инакомыслящих, Гитлер, подобно Сталину, с помощью интенсивной идеологической обработки добился того, что его стала боготворить толпа. Я наблюдал «парад победы» в Берлине на Зигесалле после возвращения из Франции победоносных дивизий вермахта. Стоя рядом с трибуной, видел, как люди тянулись к Гитлеру, когда он проезжал мимо них в открытом «мерседесе». Женщины поднимали вверх младенцев, чтобы он прикоснулся к ним. Ненавидя народ, он умел ему польстить, величая «расой господ». Сталин тоже, отечески улыбаясь маршировавшим мимо ленинского мавзолея и громко славившим его демонстрантам, льстил им, называл их «строителями коммунизма». И тут же тихонько, себе в усы, обзывал дураками»[146].

Так до чего же мы договорились в итоге? До того, что культ личности Сталина, о котором так много говорилось после XX съезда и в годы перестройки, – явление не уникальное, но, скорее, свойственное любому тоталитарному режиму. И даже не только тоталитарному. Потому что человек слаб, а лизоблюдов хватает везде. До того, что культ личности Гитлера, хоть и менее выраженный, чем сталинский, тоже имел место, пусть об этом и не пишут настолько часто и подробно. Наконец до того, что, вероятно, дело в первую очередь не в личностях самих вождей, принимающих как должное поклонение подданных, а в склонности подданных к тому, чтобы им поклоняться.

Чрезвычайно похоже, что речь идет о своеобразной компенсации страха перед властью, перед ее возможностями. И чем сильнее режим, тем ярче эта компенсация выражена. Потому что это – своеобразная реакция на угнетение личности. И о степени тоталитарности того или иного государства можно судить по количеству и размеру изображений его лидера, по частоте упоминания его в литературе и СМИ, по степени сакрализации его образа. СССР и Третий рейх были крайними проявлениями тоталитарности – каждое на своем фланге политического спектра. Настолько крайними, что походили друг на друга как отражения в зеркале.

Говорит Гитлер

Нужна ли религия сверхчеловеку?[147]

Трехлетнему ребенку можно внушить страх перед какими-то вещами, от которого он уже никогда в жизни не избавится. Сколько взрослых людей до некоторой степени боялись темных комнат или вообще темноты, поскольку их в детстве сильно напугали, уверив в том, что в темных комнатах прячутся домовой, вор или какое-другое чудовище.

Не менее трудно избавить человека от сознания, что его ждут муки ада, как еще в детстве внушила ему католическая церковь. При этом любой разумный человек, вникший в суть дела, сразу поймет, что все церковное вероучение просто чушь. Ибо как же это может быть, чтобы человека в аду насаживали на вертел, поджаривали или как-то еще мучили, когда тело человеческое не может ожить уже потому, что происходит естественный процесс разложения. Также ерунда – представлять небеса как место, куда необходимо стремиться попасть, хотя в соответствии с церковным учением туда попадут лишь те, кто никак себя не проявил в жизни, например оказался умственно неполноценным и т. д. Воистину никакого удовольствия не доставит встретить там всех тех, чья глупость, несмотря на библейское изречение «Блаженны нищие духом», раздражала еще при жизни. И как можно увлечь человека, внушая ему, что на небесах он найдет только невзрачных и духовно немощных женщин?

Далее его уверяют, что на небеса попадет лишь тот, у кого меньше всего грехов на совести. Хотя количество грехов с возрастом увеличивается, никто из духовных лиц не только не выражает готовности уже в молодые годы уйти из жизни, но, напротив, даже шестидесятилетние кардиналы стремятся как можно дольше продлить свое пребывание на этой земле.

/…/Ислам, пожалуй, еще мог бы побудить меня вперить восторженный взор в небо. Но когда я представляю, как пресно и скучно на христианских небесах! В этом мире есть Рихард Вагнер, а там только «Аллилуйя», пальмовые ветви, младенцы, старики и старухи. Дикарь поклоняется хотя бы силам природы. Христианство же стремится заставить уверовать нас в «чудо преображения», ничего более нелепого человеческий мозг в своем безумии и выдумать не мог; чистейшей воды издевательство над любым божественным началом. Да негр с его фетишем в тысячу раз выше того, кто верит в чудесное преображение./…/