Под покровом темноты группа бойцов во главе с гвардии сержантом Пучковым ползком добралась к вражескому блиндажу и забросала его гранатами. Неожиданные разрывы гранат вызвали панику среди немцев. Не теряя ни секунды, гвардейцы бросились на штурм других укреплений. Буквально в течение нескольких минут они перебили пулями, штыками и гранатами гарнизоны 8 блиндажей. Этот успех был использован группами, действовавшими справа и слева, которые в свою очередь захватили несколько вражеских укреплений.
В районе одной важной высоты подразделения под командованием тов. Балаевского рассеяли и частично уничтожили 4 группы немцев, производивших вылазки, а затем стремительным ударом выбили врага из окопов и закрепились в них. При этом было истреблено до 150 вражеских солдат и офицеров.
«БОИ ЗА МАМАЕВ КУРГАН»
С многих концов Сталинграда и из-за пределов его открывается вид на большой пологий курган. На топографических картах он именуется высотой 102,0. Сталинградцы называют его Мамаевым курганом. Эта массивная возвышенность, господствующая над городом, пригородами и заводами, гребень которой на 80 м выше уровня Волги, явилась ареной кровопролитных боев и не раз переходила из рук в руки. Когда ею целиком овладели немцы, защитникам Сталинграда было особенно тяжело. Враг мог далеко просматривать и простреливать наши позиции, почти прямой наводкой бить по переправам, контролировать артиллерийским огнем подступы к Волге с востока, а главное — бешеными атаками сверху вниз грозил отрезать заводы от остального города.
Защитники Сталинграда превозмогли все испытания. Стойко сопротивляясь, они усеяли скаты кургана тысячами вражеских трупов, а потом перешли в контрнаступление и достигли вершины этой возвышенности. Враг, лишившись многих тактических преимуществ, продолжает получать удар за ударом.
Днем время от времени постреливают пулеметы и снайперы обеих сторон, часто развертываются энергичные бои наших штурмовых групп, ведут меткий огонь артиллеристы и минометчики. Ночью красноармейцы предпринимают дерзкие вылазки с целью разведки. Хотя немцы почти непрерывно освещают передний край ракетами, наши бойцы все же проникают вперед, внезапно обрушиваются на противника и в рукопашных схватках овладевают новыми дзотами, блиндажами, нередко приводят пленных. Почти каждое утро линия передовых позиций то там, то здесь принимает новое очертание, углубляясь в сторону немцев.
Действуя небольшими группами, наши бойцы непрерывно тревожат фашистов, отбивая у них окоп за окопом. Движение вперед идет медленно, но неуклонно, и это своеобразно отражается на структуре передовых позиций обеих сторон. Некоторые наши окопы соединены ходами сообщения с окопами, в которых сидит противник. В таких местах атаки и контратаки мелких групп наиболее часты. Наши бойцы стремятся развить успех, а противник — восстановить положение.
Но не всегда на кургане происходят только бои мелких групп. Иногда масштаб столкновений становится значительно шире. На днях разыгрался крупный бой в районе так называемых куполов. Руководил этим боем капитан Михайлов, особенно отличились в нем подразделения, управляемые капитаном Масаловым.
Купола — это бетонные водяные баки, обсыпанные толстым слоем земли и превращенные немцами в доты. Изнутри, сквозь амбразуры, стреляли орудия, пулеметные батареи, автоматчики. Вокруг этого района немцы вырыли ров шириной до 10 м и глубиной в 2,5—3 м. На внешней окраине рва размещались пулеметные дзоты. Между ними и на подступах к ним были обыкновенные окопы, проволока, минированные участки. К этому узлу сопротивления даже нашим одиночным наблюдателям было трудно выдвинуться — мешали фашистские снайперы.
Началось с того, что наши снайперы вступили в единоборство с немецкими. Несколько дней подряд они терпеливо выслеживали гитлеровцев, подстреливали их и наконец завоевали господство на всем участке. Теперь уже немцам нельзя было поднять голову, а наши бойцы стали чувствовать себя свободнее.
Затем в результате разведки наблюдением и боем удалось установить структуру обороны противника в районе куполов и основные огневые точки на соседних участках. Артиллеристы прощупали купола на прочность. Оказалось, что их в состоянии пробить лишь 203-мм. снаряд. Орудия такого калибра были далеко от переднего края, подтянуть их ближе не представлялось возможным, и поэтому пришлось отказаться от их непосредственной помощи.