Стальная: наследие авантюристки

— Ты о чем? — проковыляла к плите, мимоходом щелкнув по чайнику.

— Ты вся в синяках.

— А кто в этом виноват?! — фыркнула, оттесняя его от холодильника.

— Кто?

— Ты! — удивилась я подобной наглости. — Кто же еще!!?

— Это клевета, — возмутился он. — Я не поднимал на тебя руку.

— Ничего себе не поднимал! — вытаращилась на него.

— Не придумывай, — высокомерно рыкнул этот нахал. — Браслеты не дали бы мне тебя ударить.

— Ты меня толкнул, — обвинительно фыркнула я.

Ну, вот ни за что не поверю, что не помнит.

— Я… — было, воскликнул нежданный гость, но вспомнив эпизод нашего первого личного знакомства, стушевался и закончил менее громогласно, — не хотел.

— А, что ты хотел?

— Забрать браслет.

— И все?

— Все. И если бы не эта грязная горгулья, — мужчина зыркнул на путающегося под ногами Матика, — браслет уже был бы моим.

— Не правда, он уже не грязный. Я его вымыла.

Подошла к гостю и принюхалась — сомнения отпали сами собой:

— Да и тебе бы стоило принять душ. В какой выгребной яме ты побывал?

Красноглазый смутился. Прошипел что-то на непонятном языке и ушел… мыться. Я поспешила найти ему сменную одежду. Последний «знакомый на ночь» любил разбрасывать свое тряпье по всей квартире, вот, и когда собирался в последний раз, оставил что-то на антресолях. Надо посмотреть, может, что сгодится.

— Сменку возьми, — крикнула я.

Дверь приоткрылась, и из проема повалил пар. Из пара вытянулась рука, схватила одежду и втянулась обратно.

— Какой скромник, — хихикнула я и поспешила скрыться на кухне, где уже вскипел чайник.

Лохматика пришлось кормить в своей комнате. В коридоре из-за нагромождения коробок ему не было места, а в гостиной до сих пор как после побоища. Хотя почему как?

Разогрев жареные пельмени, и прокипятив суп, уселась у окна, попивая ароматный кофе вприкуску с кексом, который только что приготовила в микроволновке.

Красноглазый наконец выбрался из ванной. Одежда на нем смотрелась убого: теплая фланелевая рубашка оказалась узка в плечах, и непомерно широка в талии, брюки держались только на ремне и волочились сзади, зато носки как раз в пору. Их я купила бывшему на день рождение, но тот заявил, что цвет слишком вызывающий (красный), и они лежали до сих пор даже не распакованные. Тем не менее, не смотря на нелепый вид, дракон выглядел на зависть ослепительно.

— Есть будешь?

Он подобрался, словно ожидая от меня какого-нибудь подвоха, но я просто достала из шкафчика тарелку и поварешку.

— Не откажусь, — расслабился он и сел за стол.

Первая порция бесследно испарилась, не успела я даже сказать — ах. Дракон смущенно покосился и попросил добавки. Я налила. С этой порцией случилось тоже, что и с первой. Третью, дракон смаковала так долго, что я уже начала хихикать в полотенце. Но, увы, больше супа не осталось даже на дне кастрюли. Дракон принялся за пельмени.

— Может ты, все-таки скажешь свое имя? — отодвигая от него тарелку, прежде чем вилка успела воткнуться в очередной пельмень.

— Это что шантаж? — сощурился он, и в красных радужках от зрачка как лучики потянулись более темные полоски. — Не дашь поесть, пока не скажу? До такого даже твоя бабка не додумывалась.

— Я, по-моему, тебе уже объясняла, — обиженно поджала губы. — Мне надо как-то к тебе обращаться.

— Значит, я могу не называть тебе истинного имени? — уточнили этот привереда.

— Хоть детскую кличку. Мне все равно.

Дракон нахмурился. Никогда не думала, что вопрос об имени может кому-то показаться таким трудным. Наверное, я чего-то недопонимаю.

— Ласснир, — после долгих размышлений изрек дракон.

У меня даже от сердца отлегло.

— Наконец-то.

— Благодарю тебя, — мужчина приподнялся со своего места и склонился в поклоне. — Было очень вкусно. Теперь я продержусь еще несколько месяцев.

— В каком смысле? — озадачилась я.

— Даже если ты не будешь меня больше кормить, — тыря очередной кексик с тарелки. — Этого будет достаточно. Несколько месяцев я переживу.

Я взглотнула. Это он о чем сейчас? В моей голове такая мысль даже в страшном сне бы не привиделась.

— А, бабушка, разве тебя не кормила? — спросила я, боясь услышать ответ.

— Специально голодом не морила, — «утешил» дракон, и тут же добавил, — в отличие от других хозяев. Однако часто забывала обо мне, зная, что прямой приказ я нарушить не могу.

Стало не по себе. Что же за приказы такие, если он месяцами голодный ходил? Уточнять или выспрашивать по этому поводу постеснялась. Разберемся как-нибудь.

— А, что ты говорил насчет того, что у нас не так много времени? Ты куда-то торопишься?

— Не я, а мы.

Моя бровь удивленно изогнулась. Я отложила вымытую кастрюлю и присела рядом.

— И куда, если не секрет?

— В Стомгор.

— Куда? — проверила, не ослышалась ли.

— В Стомгор столицу Ийрданмира.

— И зачем нам туда? — опешила, все еще не веря своим ушам.

— Вступить в права наследования.

— Что-то я ничего не понимаю…

Сытый и от того подобревший дракон, откинулся и облокотившись на стол, начал дотошно объяснять.

— Ты, Нина, — в его интерпретации это прозвучало, как Ни'ийна, — двоюродная внучка Ма'Арийи итэссы Родэн. Одна из наследниц ее титула и состояния.