Стихотворения. 1915-1940 Проза. Письма Собрание сочинений

Когда совсем уж не было надежды,Я темным стал, я озверел от боли,Затем что каменны твои одежды,Затем что каменна моя недоля.Но твой уход был вестью, был приходом…Вот здесь сейчас окончится всё этоИ будет ясная осенняя погода,И так кончаются любовь и лето.И были окна, были двери настежь.Свисали тени током водопада.Сквозь вечера запутанные снастиПлыла звезды далекая отрада.И в сердце снова плавилось страданье,Но просветленное; мое ль, чужое ль…И в этом было всё мое земное:Вся жизнь моя и всё мое посланье.

155. «Из дома в дом проходит то, чему названья…»

Из дома в дом проходит то, чему названьяНет. Грусть и скорбь с ним сочетаются, как тень,В которую художник всё иносказаньеВложил: весь медленный и творческий свой день.Да, эта лень, углов тупые поворотыИ ты, пришедшая затем, чтоб умеретьВ ненужном лживом слове… Чтоб на серой нотеЦветистых звуков-мотыльков раскинуть сеть.И нет названья бесконечной смертиВ нас, только в нас. И что обетом мы зовемИль бытом? И чему всю муку, всё неверье,Всю жажду веры так пустынно отдаем?

156. «Свергая в эти воды дни за днями…»

Свергая в эти воды дни за днями,Уже давно безымянного ждешь.Здесь зарева шатучими кругамиВсё отметают: истину и ложь.Здесь небеса проходят, как слепые,Огромной бурей в бессловесный час.Твои глаза, глаза твои пустыеС крутого берега в последний раз.Здесь смерть обычней лунной светотени.Здесь солнце всходит, сумрак полюбя.Здесь даже ветер обойдет тебяОбъятьем полнодумной скорбной лени.

157. «Я жил, как этот всплеск в ветвях, сегодня, здесь…»

Я жил, как этот всплеск в ветвях, сегодня, здесь —В рожденьи дня сего: травинка, поле, лес.Стекали пятна, тени, солнечные бликиВдоль век и щек моих — судьбы моей улики.Я не хотел ее: мне отдавали мякотьВсех караваев здесь и там, на небесах, —Но в капельке земной хмельной душистой мятыПостиг я терпкость боли, наслажденья страх.Копной пьянящей я взвалил ее на плечиИ в окна лез, в глаза, в сердца — и на буксирБрал волка и луну и беспредельный мирПодспудной — до утра — таинственной картечи.

158. «Великое, ничтожное — два входа в дом…»

Великое, ничтожное — два входа в дом.А кров всегда один. И видно в щели,Как отражают стены ласковый Содом,Сиянье тех, что гибели хотели.Но в этой тишине не прокричать во тьмуИ не искать в себе потомка альбигойца, —Как с канделябра воск, я жизнь твою возьмуИ в жертву вознесу, молитвенный пропойца.Козы ангорской шерсть, густой и теплый миф.И чаша вдруг пуста. И жен не надо.И медленный в ячейке бродит апокриф —Студеной жизни пламень и награда.