Столицы мира (Тридцать лет воспоминаний)

И въ Оксфордѣ, точно такъ же какъ въ Кэмбриджѣ, студентамъ, по правиламъ, запрещается бывать не только въ тавернахъ, но даже въ отеляхъ. Они, по старинному правилу, существующему до сихъ поръ, не могутъ даже ѣздить верхомъ или сами править, иначе какъ съ согласія своей коллегіи или того прдктора, который завѣдуетъ надзоромъ за студентами, вродѣ нашего инспектора. А въ коллегіяхъ существуетъ своя дисциплина. Въ каждой коллегіи или пансіонѣ (hall) есть спеціальный кодексъ правилъ. Студенты, не живущіе въ коллегіяхъ, подчинены также надзору особаго рода делегатовъ и могутъ жить только въ квартирахъ, рекомендованныхъ начальствомъ; и надъ ихъ образомъ жизни есть постоянный надзоръ, въ лицѣ хозяевъ и хозяекъ квартиръ, что считалось бы во Франціи, въ Германіи и у насъ весьма тяжелымъ и невыносимымъ подчиненіемъ. Конечно, и въ Оксфордѣ, и въ Кэмбриджѣ все это не такъ строго соблюдается въ жизни студентовъ, живущихъ на вольныхъ квартирахъ; а въ коллегіяхъ гораздо строже, причемъ опять-таки практикуется болѣе или менѣе общебританское лицемѣріе: въ своихъ комнатахъ студенты кутятъ и даже напиваются, и все-таки каждый изъ нихъ обязанъ вернуться въ коллегію не позднѣе извѣстнаго часа, послѣ котораго онъ платитъ привратнику маленькій штрафъ, то, что въ Вѣнѣ существуетъ для жильцовъ всѣхъ домовъ, подъ именемъ «Sperr-Geld». А являться въ поздніе часы и совсѣмъ запрещено иначе какъ съ разрѣшенія начальника. Не ночевать или уѣхать безъ позволенія — важный проступокъ, который можетъ кончиться исключеніемъ на одинъ терминъ или годъ, а то такъ и полнымъ исключеніемъ. По правиламъ всѣ студенты должны являться на лекціи, къ тутору, въ церковь, въ большую залу не иначе, какъ въ мантіяхъ и шапкахъ и даже на улицахъ показываться въ форменной одеждѣ и послѣ обѣда; но это не соблюдается. Зато оксфордское студенчество подчинило само себя требованіямъ самаго строгаго фэшена и послѣ, семи часовъ не иначе ходитъ, какъ во фракахъ и бѣлыхъ галстукахъ и непремѣнно въ соломенной низкой шляпѣ, весной и лѣтомъ. Нигдѣ вы не видите такой сплошной стѣны молодыхъ людей, одѣтыхъ по бальному, какъ на двухъ-трехъ главныхъ улицахъ Оксфорда, особенно въ такіе дни, какъ дни гребныхъ гонокъ.

Вообще, франтовство студентовъ — поражающее и послѣ Германіи, гдѣ они франтятъ на особый ладъ, и послѣ Парижа, не говоря уже о нашемъ студенчествѣ изъ того времени, когда оно не носило форменнаго платья. Мнѣ случалось видѣть утромъ, часовъ въ девять, на улицахъ и въ паркахъ коллегій студентовъ, которые были одѣты съ иголочки и въ лаковыхъ бальныхъ башмакахъ. На представленіяхъ небольшого театрика въ Оксфордѣ (съ репертуаромъ весьма таки игривымъ) въ креслахъ, въ балконѣ и въ ложахъ перваго яруса я не видалъ почти ни одного студента, одѣтаго иначе, какъ во фракѣ и въ бѣломъ галстукѣ. И ведутъ они себя, надо отдать имъ справедливость, совершенно по джентльменски, безъ всякихъ криковъ и мальчишескихъ выходокъ. Зато смѣются охотно и совершенно по-дѣтски; вообще нѣтъ такой смѣшливой театральной публики, какъ англійская.

Несмотря на надзоръ, студенты захаживаютъ, разумѣется, и въ отели, и въ таверны и не очень-то боятся обхода проктора съ университетскими служителями, въ известный вечерний часъ. Но и на улицахъ мнѣ не случалось видѣть какихъ-нибудь сценъ студенческой распущенности, пьяныхъ или сильно подвыпившихъ.

Нечего и говорить, что парижскаго женскаго элемента вы совсѣмъ не замѣчаете въ студенческой жизни Оксфорда и Кэмбриджа, хотя дѣло не обходится, конечно, безъ уклоненія отъ седьмой заповѣди, особенно въ Оксфордѣ—городоѣ довольно богатомъ, и гдѣ существуетъ проституція. Но все это какъ бы подъ шумокъ и вы чувствуете, что надъ ночной городской жизнью бдитъ око университетскаго надзора. Въ Кэмбриджѣ вы находите почти то же самое; только общий видъ студентовъ гораздо менѣе франтоватый, и я давно уже слыхалъ, что въ Кэмбриджѣ вообще больше работаютъ, тамъ преобладаетъ интересъ къ естественнымъ наукамъ и къ математикѣ, тамъ же есть и хорошій медицинскій факультетъ съ клиниками, между тѣмъ какъ въ Оксфордѣ только держатъ экзамены на докторовъ медицины. Но и въ Кэмбриджѣ вы видите тотъ же культъ спорта и на какую бы вы лужайку ни попали — вы непремѣнно наткнетесь на партію крикета, возбуждающую всеобщій интересъ.

Что же нужно сказать, въ видѣ заключенія, про то воспитаніе, какое доставляется школой по англійскому образцу? Молодежь Великобританіи — какъ бы вы къ ней ни придирались— все-таки же нравственно чище, и въ складѣ ея жизни больше элементовъ для выработки характеровъ, порядочности, здоровья и бодрости духа.

XIV