Странная смерть Европы. Иммиграция, идентичность, ислам

Последнее обоснование или оправдание массовой иммиграции выходит за рамки разума и оправданий. Даже если все остальные аргументы в пользу этой политики будут развенчаны, этот останется. Это аргумент о том, что все это не имеет значения, потому что все равно ничего нельзя сделать. Все зависит от каждого. Это наша судьба.

В начале нынешнего кризиса я участвовал в дебатах в Афинах о том, какой должна быть политика Европы в отношении ситуации с иммиграцией. Представляя свои аргументы, я заметил, что другие присутствующие (включая греческого экономиста Антигону Либераки и французского политика и активиста Бернара Кушнера), скорее всего, скажут аудитории, что «ничего нельзя сделать». Только потом, когда Бернар записал свою заранее подготовленную речь, я увидел, что он вычеркнул первую строчку перед выступлением. Речь действительно должна была открыться словами о том, что Европа не может остановить поток, идущий в Грецию, и что «ничего нельзя сделать». Это знакомая фраза, хотя, когда к ней прислушиваются, более мудрые политики часто понимают, что она потенциально катастрофична. Тем временем ведущие политики, включая в 2015 году министра внутренних дел Великобритании Терезу Мэй, утверждают, что европейские страны должны попытаться повысить уровень жизни в странах третьего мира, чтобы предотвратить приезд людей сюда. Однако на самом деле, как показывают многочисленные исследования, массовая миграция начинается только тогда, когда уровень жизни повышается (хотя вряд ли до роскошного уровня). У по-настоящему бедных людей нет денег, чтобы подкупить контрабандистов.

Также предпринимаются попытки придать этой точке зрения видимость академической респектабельности. В последние годы в академическом дискурсе вокруг темы миграции выросло направление, которое настаивает на том, что миграционные потоки на самом деле вызваны любым и всеми видами миграционного контроля. В работах, в частности, Хейна де Хааса из университетов Оксфорда и Маастрихта, утверждается, что миграционный контроль не только не работает, но и фактически усиливает миграцию, препятствуя нормальному перемещению мигрантов между Европой и их родными странами. Любимая фраза ученых, этот аргумент, разумеется, выдвигается только теми, кто выступает против любого и всякого контроля над миграцией.

Прежде чем указать на неразорвавшуюся демократическую взрывчатку, стоящую за этим утверждением, стоит подумать, что в нем правда. Конечно, распространенность мобильных телефонов, средств массовой информации — особенно телевидения — в странах третьего мира и снижение стоимости путешествий в последние десятилетия означают, что желание и возможность путешествовать у людей по всему миру как никогда велики. Но если глобализация действительно сделала невозможным предотвращение поездок в Европу людей со всего мира, стоит отметить, что эта глобальная проблема не затрагивает другие страны. Если причина кроется в экономической тяге, то нет причин, по которым Япония не должна сейчас переживать беспрецедентную волну иммиграции с Запада. В 2016 году эта страна была третьей по величине экономикой мира, если судить по номинальному ВВП, опережая Германию и Великобританию. Но, конечно, несмотря на то, что Япония является более крупной экономикой, чем любая другая в Европе, она избегает политики массовой иммиграции, проводя политику, которая останавливает ее, отговаривает людей от пребывания в стране и затрудняет получение гражданства, если вы не японец. Независимо от того, согласен ли кто-то с политикой Японии или нет, эта страна показывает, что даже в наш век гиперсвязи современная экономика может избежать опыта массовой иммиграции и показать, что такой процесс не является «неизбежным». Таким же образом, хотя Китай и является второй по величине экономикой мира, он не является местом назначения для просителей убежища или экономических мигрантов в масштабах Европы. Игнорируя вопрос о том, желательно это или нет, очевидно, что даже самые богатые страны не должны неизбежно становиться точками притяжения для мигрантов со всего мира.