Светлана Аллилуева – Пастернаку. «Я перешагнула мой Рубикон»

Он знал, характером дочь пошла в мать, и боялся, что если резко вмешается в её личную жизнь, то случится непоправимое. Маленький пистолетик, подаренный Серго Берией, его напугал, вновь напомнил вечер перед самоубийством жены. Поэтому он сдерживал себя, когда у дочери начался роман с Каплером, не выдержав лишь тогда, когда увлечение дошло до поцелуев, обычно предшествующих физической близости, от которой быстренько он дочь оградил. Вот так Надежда Аллилуева через десять лет после самоубийства неожиданно спасла Алексея Каплера. Ведь всё для него могло кончиться хуже – пулей в спину на фронте или автокатастрофой, чтобы не расстраивать дочь…

Последовали оргвыводы: Александру Накашидзе, копавшуюся в Светиных письмах и дневниках и тем не менее недоглядевшую за её нравственностью, изгнали с работы. Она стремительно вышла замуж и от греха подальше поспешно отбыла в Грузию, чему Светлана была несказанно рада. Одним шпиком в её окружении стало меньше.

Василию и Светлане отец запретил появляться в Зубалове, сказав, что они превратили дачу в вертеп. Полковник Василий Сталин получил от отца, наркома обороны, десять суток ареста, после чего был направлен в армию командиром 32-го гвардейского авиаполка. Провоевал он недолго, около месяца.

Четвёртого апреля 1943 года он получил «боевое» ранение в пятку; во время неудачной рыбалки взрывом реактивного снаряда, которым полковник Сталин со своими подчинёнными глушил рыбу, шесть лётчиков получили ранения, а инженер полка, изготовивший заряд, – смертельное. Василия отправили на лечение в тыл. Взбешённый отец, являвшийся одновременно наркомом обороны, собственноручно отдал приказ о немедленном снятии его с должности командира авиационного полка с формулировкой «за пьянство и разгул и за то, что портит и развращает полк». Лишь через год, в мае 1944-го, после продолжительного лечения, Василий Сталин вернулся на фронт. Другого командира за пьянство и небоевые потери понизили бы в звании и в должности, но не его. По отношению к сыну отцовский гнев быстро сменился на милость. Войну он закончил командиром истребительной авиадивизии с двумя орденами Красного Знамени, орденами Суворова II степени и Александра Невского. В 1946 году ему присвоили звание генерал-майора.

Часть третья Григорий Морозов, Юрий Жданов. Смерть Иосифа Сталина

Четыре месяца Света не общалась с отцом, даже не разговаривала по телефону. Оба выдерживали характер, никто не проявлял инициативу, никто не желал первым сделать шаг к примирению. Но когда-то они должны были помириться!

Поводом возобновить общение стало получение аттестата зрелости. В июне 1943-го она позвонила отцу и уведомила об окончании школы, и он, не высказав радостных эмоций, буркнул в телефонную трубку: «Приезжай!»

Она показала ему аттестат с отличными оценками и сообщила, что собирается поступать на филфак, но отец, недолюбливающий литературную богему, якобы «развратившую» дочь, придерживался иного мнения. Не желая начинать новый конфликт, она согласилась с его требованием: МГУ, исторический факультет, но тут же нанесла ответный удар, высказав пожелание при поступлении в университет перейти на фамилию мамы – мотивируя тем, что «Сталин» всего лишь партийный псевдоним и она не хочет в студенческой среде афишировать близость к главе государства.

Он был уязвлён её просьбой и промолчал, а она, поняв его состояние (от неожиданности он растерялся), из деликатности не стала продолжать разговор. Но он уже понял: с мнением дочери надо считаться, грубыми окриками и запретами её не сломать.

Поэтому, когда осенью начались занятия в университете, ей удалось уговорить отца отменить охрану (ей стыдно было ходить с провожатым), и он, выслушав её доводы, вынужден был согласиться.

Виделись они по-прежнему крайне редко. Моральное унижение и оскорбление, нанесённые дочери: «посмотри на себя в зеркало (подразумевается обращение «уродина») – кому ты нужна» – безнаказанно не проходят. В переходном возрасте, когда девушки мечтают о любви и задумываются о замужестве, за такую фразу они готовы возненавидеть любого.

Трещина оказалась глубокой. В кремлёвскую квартиру он не приезжал, а в Кунцево дочь ехать не торопилась. Да он её и не приглашал. Как говаривал Троцкий, хотя и не по этому случаю, дочь и отец пребывали в состоянии холодной войны: «Ни войны, ни мира». Противостояние вроде бы есть, а вроде бы его нет.

Первое замужество: Светлана Сталина и Григорий Морозов

Двадцать восемь лет разделяют первую и последнюю мемуарные книги Светланы: «Двадцать писем к другу», написанную летом 1963-го, и «Книгу для внучек: Путешествие на родину», Нью-Йорк, 1991.