Светлана Аллилуева – Пастернаку. «Я перешагнула мой Рубикон»

Затем по стопам старшего брата пошла дочь – влюбилась в Каплера. Чтобы их разлучить, – через полгода Света окончит школу и вдруг, вопреки желанию отца, замуж за него выйдет, – сценариста арестовали. Семейный конфликт, разгоревшийся 28 февраля 1943 года, обострился весной 1944-го, когда Света вышла замуж за еврея, Гришу Морозова. Забегая вперёд, продлился конфликт десять лет, до дня рождения Светланы, 27-го по счёту, когда в последний февральский день 1953 года отец отказался разговаривать с дочерью, добивавшейся встречи с ним, – подробнее в главе «Смерть Сталина» – и в этот день его добил третий инсульт, ставший фатальным.

Четырьмя десятилетиями ранее родилась строка Пастернака, оказавшаяся провидческой, «Февраль. Достать чернил и плакать». Стихотворение, написанное в 1912 году, по замыслу поэта о смятении чувств, любви, о времени, когда «слагаются стихи навзрыд», в переносном смысле, можно предположить, о конфликте уходящей зимы и наступающей весны или каких-то ещё символах, заложенных в этот конфликт и известных одному лишь поэту. Но поэт над собой не властен, он пишет об одном, но зачастую в словах его таится иной смысл, ему самому неведомый, и предзнаменование-предсказание ему самому непонятное: «Февраль. Достать чернил и плакать». Но почему плакать? Что это за месяц февраль, когда настолько обострены чувства, что невозможно не писать стихи, которые слагаются навзрыд; когда рядышком нет того, кому глядя в глаза можно раскрыть сердце и душу, и для исповеди остаётся только белый лист бумаги и неутихающая боль, которая изливается со слезами, и тогда – писать стихи и плакать. Для Светланы Сталиной февраль – её день рождения, Каплер, размолвка с отцом и через десять лет, день в день, его смерть. Для неё, как и для Пастернака, хотя каждый вкладывал в эти слова свой особый смысл, февраль тоже – «достать чернил и плакать». Совпадение – не совпадение, но так жизнь сложилась: у каждого СВОЙ февраль и свой повод сказать: «Достать чернил и плакать».

Отцовская месть принимает различные формы. Осенью 1944-го на совещании в Кремле с участием членов Политбюро и Секретариата ЦК, первых секретарей республиканских и областных комитетов партии, руководителей оборонной промышленности, армии и государственной безопасности Сталин выступил с речью об «осторожном назначении евреев на должности в партии и государственных органах».

Изменение внутриполитического курса Сталин начал со своей семьи – она, как и семьи всех остальных членов Политбюро, должна быть незапятнанной (прислушайтесь, товарищи Молотов и Маленков). Первой жертвой нового курса стала дочь. Дважды за право носить фамилию Сталина она заплатила любовью. Но как первое замужество Светланы связано с арестом её тётушек и последующим разгромом ЕАК?

Еврейский Антифашистский Комитет, созданный в 1941 году по указанию Сталина для сбора денег на войну с фашисткой Германией, свою миссию выполнил. Оплату поставок по ленд-лизу Советский Союз проводил за счёт средств, собранных американскими и канадскими евреями, создавшими в 1941 году «Еврейский Совет по оказанию помощи России в войне». Руководил им Альберт Эйнштейн.

Руководство внешней разведки заинтересовалось ЕАК в феврале 1943-го, после получения информации, что американцы близки к созданию атомной бомбы. На кражу ядерных секретов была нацелена вся заокеанская агентура. Для психологического воздействия на американских учёных-ядерщиков, работающих над созданием атомной бомбы (большинство из них были евреями), и привлечения их к сотрудничеству разведчики предложили использовать ЕАК. Так началась дезинформационная игра, «Большой Блеф», проводимая руководством советской внешней разведкой. В «Большой Игре» Сталин переиграл всех, введя в заблуждение даже Молотова, своего заместителя, жена которого была активным членом ЕАК.

В начале 1944-го руководителям ЕАК сообщили, что Советское правительство рассматривает возможность создания в Крыму еврейской автономной республики и готово после окончания войны принять на постоянное место жительства евреев со всех концов мира. Чтобы инициировать соответствующее постановление, им рекомендовали обратиться с письмом на имя товарища Сталина. Проекту придумали лозунг – «Калифорния в Крыму». Молотов принял личное участие в его подготовке. 21 февраля письмо было отправлено Сталину; через неделю оно оказалось в архиве. Председателю ЕАК Михоэлсу об этом не сообщили. Блеф продолжался…

Вскоре резидент советской внешней разведки в США рапортовал, что Оппенгеймер и Эйнштейн тронуты заверениями Михоэлса, что в Советском Союзе евреям гарантировано безопасное и счастливое проживание. Контакты советских разведчиков с учёными-ядерщиками были облегчены, и летом 1945-го, через двенадцать дней после сборки в Лос-Аламосе первой атомной бомбы, советская разведка располагала подробным описанием её устройства.