Светлана Аллилуева. Пять жизней

Значит, в домашнем театре Светлана— «хозяйка». А он, Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) — с 1934 года надобность называться генеральным отпала (все и так знали, кто крутит шарманку, под которую они пляшут), — для хозяйки Сетанки простой «секретаришка», как и его друзья, приходящие в их дом по его приглашению. Все они «Сетанкины секретаришки», человечишки, которым маленькая Повелительница отдаёт приказы, наподобие тех, которые он сам издаёт. Как это в ноябре 1933-го написал о них Осип Мандельштам: «Как подковы куёт за указом указ — / Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз»? Конечно, Мандельштам переборщил, но суть верна: приказы существуют для того, чтобы их выполнять. Не так ли, товарищи Ягода и Ежов? (Берия в ту пору орудовал в Закавказье и Москву не стращал.)

Девочка подхватила сказочную игру. Ей нравилось командовать обожаемым отцом: её приказы, развешиваемые на стенах квартиры, содержали просьбы, которые немедленно исполнялись. Один из грозных приказов, форму которого составил для неё отец, содержал просьбу пойти с ней в кино:

21 октября 1934 г. Тов. И. В. Сталину,

секретарю № 1.

Приказ № 4.

Приказываю тебе взять меня с собой.

Подпись: Сетанка-хозяйка.

Печать.

Подпись секретаря № 1: Покоряюсь. И. Сталин.

Были и другие аналогичные приказы, под которыми Сталин, как и подобает секретарю, подписывался: «Слушаюсь», Покоряюсь», «Будет исполнено» или, совсем из другой оперы: «Согласен», на секунду забыв, что в домашней игре он не Секретарь ЦК ВКП(б), а мелкий секретаришка, яко Поскрёбышев, которого можно по стенке пальцем размазать, и подписываться он должен подобострастно.

Но простим Сетанкиного секретаря № 1, растолковавшего матери свою должность, когда однажды он её навестил в Тифлисе (старая женщина никак не могла уяснить, что это за кресло — «секретарь ЦК» — вокруг которого все трепещут и раболепствуют). «Царь», — вразумительно пояснил он любимой маме, письма к которой завершал традиционным пожеланием: «Живи десять тысяч лет, дорогая мама». Царь он, ХОЗЯИН ВСЕЯ РУСИ.

А время-то какое! Мелкобуржуазная контра прёт изо всех щелей, скоро патроны закончатся, а она всё лезет и лезет. А «нам бы только ночь простоять да день продержаться!».[29] В Зазеркалье, пока вне его Мальчиш-Кибальчиш держал круговую оборону, вывешивались Сетанкины приказы:

15 апреля 1934 года: «Приказываю тебе повести меня с собой в театр».

10 мая 1934 года: «Приказываю тебе позволить мне поехать завтра в Зубалово».

28 октября 1934 года: «Приказываю тебе позволить мне пойти в кино, а ты закажи фильм «Чапаев» и какую-нибудь американскую комедию».

И Сталин продолжал ставить на них резолюции: «Слушаюсь», «Покоряюсь», «Будет исполнено», потому как «Согласен» он писал на расстрельных списках, приносимых от Ягоды, а затем и от его сменщика Коли Ежова.

В Кремле в ту пору жил поэт Ефим Алексеевич Придворов, партийный трубадур, заслуги которого Есенин в 1925 году оценил прозвищем: Ефим Лакеевич Придворов. Но что за фамилия Придворов? Крайне унизительная для пролетарского поэта. Живущий при дворе? Приблудный, значит? А если копнуть дальше, то и блудник? (Что, кстати, недалеко было от истины.) Ещё до революции поэт Придворов предусмотрительно стал именоваться Демьяном Бедным и его рабоче-крестьянский псевдоним так понравился Сталину, что он включил его в уничижительную подпись, которую ставил, обращаясь к Се-танке: «Секретаришка Сетанки-хозяйки бедняк И. Сталин».

* * *

Благодаря отцовской любви, с раннего детства Светлана находилась в центре культурной жизни страны, посещая с отцом лучшие театры Москвы: МХАТ, Малый и Большой, Вахтангова. В правительственной ложе она сидела в первом ряду, как и положено королеве, а отец-секретаришка, не привлекая к себе внимания (вдруг в одной из лож затаился скрытый троцкист со снайперской винтовкой), прятался в дальнем углу.

У неё была привилегия, которую не имела ни одна советская женщина: Светлана была первой зрительницей любого кинофильма, выпускаемого в СССР. Только зарождалось звуковое кино. В 1931 году появился первый советский игровой звуковой фильм «Путёвка в жизнь». Его режиссёр Николай Экк на Венецианском кинофестивале (1932) был признан, по опросу зрителей, лучшим режиссёром, в 1936 году он снял первый советский игровой цветной фильм «Груня Корнакова». Все советские и зарубежные кинофильмы начинали своё шествие по экранам страны с кремлёвского кинозала. Первыми зрителями были члены Политбюро, по дороге в просмотровый зал возглавляемые Сетанкой-хозяйкой.