Светлана Аллилуева. Пять жизней

Времена изменились. Отца уже не было. Через год после Двадцатого съезда ничто не мешало ей осуществить прежний замысел. Она знала, что отныне может принимать самостоятельные решения, но всё же предусмотрительно решила провентилировать щепетильный вопрос «наверху», понимая, что и случае одобрения прохождение всех формальностей будет ускорено. Она позвонила дяде Ворошилову, бывшему в 1957 году Председателем Президиума Верховного Совета СССР (отец, напомним, в отличие от нынешнего формального главы государства не предоставил ей возможность напрямую звонить ему), и он одобрил её пожелание: «Ты правильно реши-па». Бегать по инстанциям после высочайшего позволения ей не пришлось.

В сентябре 1957 года она получила новый паспорт, выписанный на имя Светланы Иосифовны Аллилуевой. Этот поступок вызвал среди её друзей и знакомых противоречивые мнения: одни его одобряли, понимая, что она старается отмежеваться от отцовского наследия; другие, в том числе брат Василий, осуждали, считая, что она предала своего отца.

Первый же чиновник, увидевший её новые документы, понизив голос, сочувственно спросил: «Вас заставили переменить фамилию?!». Он был удивлён и не мог поверить, когда она ответила, что таковым было её собственное желание. А у членов Политбюро возникла мысль, что этот неожиданный для них поступок позволит им убедить Васю совершить то же самое. Но он, каясь и легко признавая предъявляемые ему обвинения, в этом вопросе был непреклонен, и фамилию у него пришлось отбирать насильно, выдав при освобождении из тюрьмы другой паспорт.

Личная жизнь:мужья и любовники

Так и слышу голос из зала: «Подробностей! Подробности давай!».

Должен разочаровать: подробности в другой литературе, для автора неприемлемой. Личная жизнь — хотя она и привлекает определённую категорию читателей, ищущих клубничку, — должна оставаться за кадром. Каждый человек имеет право на частную жизнь, которая без его разрешения не должна быть подвергнута публичному обозрению, если только события, как, например, в случае с Каплером или с Сингхом, не приобретают трагическую окраску.

Едва стало известно, что Светлана Аллилуева обратилась в американское посольство в Индии с просьбой о предоставлении политического убежища и задалась целью опубликовать на Западе книгу «Двадцать писем к другу», как КГБ занялось её дискредитацией, объяснив её поступки сексуальной распущенностью, наследственными нервными заболеваниями, приобретёнными от мамы, психической неуравновешенностью и надломленной психикой. Созданный КГБ миф о сексуально распущенной женщине с перечислением мужей и влюблённостей эксплуатируется и поныне, и написан он по тому же сценарию, только более мягкому, по какому в начале восьмидесятых годов прошлого века третировали Елену Боннэр, жену академика Сахарова.

Официально у Светланы было четыре мужа. Первое замужество было разрушено отцом; второе, поспешное, за нелюбимого человека, было совершено в угоду отцу и вскоре разорвано. Третье также оказалось коротким (1957–1959) — ну, не везло Светлане! — за вернувшимся из ссылки Джонридом Сванидзе. Пять лет психушек и медные рудники усугубили го нервное заболевание. Со всеми мужьями она осталась в дружественных отношениях. Четвёртое замужество, поспешное, в США (1970–1972) — о нём Светлана написала в «Далёкой музыке», как и предыдущие, торопливые и необдуманные, закончилось крахом. Был ещё гражданский брак с неизлечимо больным Браджешем Сингхом, о котором Светлана вспоминала с большой теплотой.

У Михаила Козакова, народного артиста России, набралось 5 (пять) официальных жен. Много это или мало? Последняя супруга актёра, родившегося в 1934 году, ему во внучки годилась. Она 1979 года рождения — стало быть, между ними 45 лет разницы. Однако никто его сексуально озабоченным не считает. Творческая натура, народный артист — имеет право…

Пять официальных мужей было у великой актрисы Татьяны Дорониной, среди которых Олег Басилашвили и Эдвард Радзинский. Четыре жены у писателя — советского графа — Алексея Толстого. Ну и что? Кому какое дело, кто с кем делит супружескую постель?

Вопрос к любителям копаться в чужом белье: сколько любовников (любовниц), коротких или длительных связей у среднестатистического человека, по разным причинам надолго оказавшегося не связанным узами брака? Неужели всех, у кого насчиталось более трёх мужей (жён), следует назвать сексуально распущенными? Тогда, обращаясь к российской истории (подобных примеров немало и в зарубежных дворцах), начнём с царей, с их внебрачных детей, жён и фавориток. Вспомним всенародно любимых «баловников»: Пушкина, Льва Толстого, Есенина… а затем, если читатель не пресытился их романами, поговорим о Светлане.

* * *

Лариса Васильева провела кропотливую работу, составив список мужей и любовников Светланы Сталиной-Аллилуевой. Повторим его, сократив эпитеты, которыми она их наградила.