Священное наследие

«Вечные числа» числовой закономерности в наиболее чистом виде воспроизводятся в культовом творчестве, которое в своей идеей и смыслом призвано воплотить энергии Вечности. В этой точке человеческой деятельности дано наглядное единство бесспорной воплощенности смысла. Это единственная область художественной деятельности человека, которая в период распада на форму и смысл избежала разрушения, и, по словам Павла Флоренского, «не лишилась истинной точки своего приложения, а потому и уверенности в безусловной нужности своей… Содержание их перестало существовать, как безусловно целое и непреложно реальное. Форма и содержание разделились и стали соприкасаться случайно и произвольно»116. Свободные искусства лишены непременной необходимости воспроизводить своей деятельностью «вечные числа» – законы, которые в культовом творчестве терминологически определены как неизменный канон. Само понятие канона упрощается, смысл его измельчается и заменяется арифметической эквилибристикой, которая возникает в период отступления от классического идеала в искусстве и архитектуре. Классические периоды в архитектуре ознаменованы появлением константных канонов, которые, по А. Ф. Лосеву, «живут всеобще – абстрактно-всеобщим, т. е. прежде всего, числовыми формами, понятия числа не арифметически-вычислительно, а реально-онтологично. Но это и значит, что числовые схемы обладают здесь непреложной значимо стью и являются именно каноном. Так, мы видим, что само по нятие канона содержит в себе нечто вещественно-смысловое, или, точнее, вещественно-числовое »117.

А. Ф. Лосев замечает, что в понятия канона необходимо привнесены априорные числовые спекуляции, что и является принципом самого канона. Если же каноном объявляются «эмпирически наблюдаемые размеры и пропорции,… в результате всего этого отпадает надобность в самом каноне»118. Значит, рассуждения о пропорциях и размерах не может не вывести к понятию о числе как образу и знаку, и соответственно, канону. Пропорции и меры – это вторичный этап в процессе проектирования, и числа пропорций и мер, т. е. эмпирические наблюдаемые размеры и величины, нельзя понимать как числа канонические, т. е. как «вечные числа». Числа канона являются идеалогемами и мифологемами, только «субстанциями, живыми силами, вещественно – смысловыми энергиями».

Метрология Древней Руси оперирует прежде всего числом как смысловой схемой, что характерно для ментальности всей раннехристианской и средневековой эстетики: письменности, музыки и т. д. Данную тенденцию, как сформированное правило для структурирования произведения119, было, по-видимому, принято в наследие от раннего периода развития духовной и художественной культуры.

Приступая к размышлению о «вечных числах», мы приближаемся к возможности исследовать числовую символику в культовой архитектуре. Именно потому эта иерархически высшая сфера художественного творчества имеет изначальное и непосредственное подчинение процессуальным целям, будь то храм, ансамбль или город, что в ее основе лежат «вечные числа». Канонические константы древних цивилизаций, транслируемые архитектурным творчеством, проявляют себя как структурно-матричная основа зодчества всех эпох. Расшифровать канон – матрицу можно при помощи числовой символики и метрологической традиции конкретного периода истории. Задача канона и меры как «языка и буквы», состоит, видимо, в необходимости прочитать «текст» архитектуры средствами символа-числа.

Проблема числа и канона в древнерусской архитектуре. Мера священного пространства