Священное наследие

3. Сакральные несчислимые числа относятся к разряду непреходящих. Это «вечные числа» высшей истины, числа-символы, числа-имена. К этим «вечным числам» относятся числовые каноны зодчества. Различные по размерам и архитектурному облику, сакральные сооружения через «вечные числа» структуры уподобляются единому духовному прообразу. Смысл канона состоит в том, что он является способом трансляции сквозь эпохи «вечных чисел», средствами моделирования внутри «числовой пропорции». «Вечные числа» выполняют функцию «развернутого ритмического кода», которые транслируются средствами мифа и предания в культовом творчестве, из поколения в поколение передаются в форме канонов.

Числа гармонии воспроизводятся благодаря применению пропорциональной системы, в основе которой лежит использование естественных (антропоморфных) мер. Это послужило в период архаики и Средневековья гарантией гармонического построения объекта. Метод гармонизации объекта путем использования антропоморфных мер, гармоничных по своей сути, применялся в качестве подражания универсальным законам развития и организации вселенной. Антропоморфная метрология, не поддающаяся строгой регламентации размерного ряда внутри системы, имела, тем не менее, в своем арсенале универсальные меры, которые определялись статусом «священным». «Священная мера» происходила от универсального образца. В «Житии Симеона Новаго» (VI в.) в видении является ангел с мерой в руках и начертывает план монастыря. В житии говорится, что «мера» и «схема» монастыря указаны через ангела167. По свидетельству Кодина, императрица Феодора при постройке церкви Двенадцати Апостолов, взяла за основу «схему» церкви Иоанна Богослова в Эфесе. Первый пример легендарного получения «священной меры» в Древнерусской культуре произошел при возведении Успенской Киево-Печерской церкви. В дальнейшей древнерусской традиции обращение к священным мерам мы встречаем на примерах заимствования меры от Гроба Господня (вспомним сказание XII в. о путешествие игумена Дании ко Гробу Господню)168, т. е. от совершенного образца. Позднее в Иерусалиме изготовлялись модели Иерусалимского храма Воскресения, которые расходились по всему миру169.

Современные исследования направляют поиск канонических схем в древнерусской культовой архитектуре в сторону исторической атрибуции формообразующих компонентов и мерных величин образца или математической закономерности170. Знаковая же ценность канона, как принципа образного структурирования в строительной и особенно в храмовой практике древности и Средневековья не рассматривалась исследователями, хотя это является опорой для дальнейшего изучения принципов развития древнерусской архитектуры171. Проблемы поиска систем в древнерусской метрологии обращены, в основном, в сторону исторической атрибуции. Частично вопросы метрологии затрагивают области «геометрии и алгебры» как гармонизирующих составляющих в пропорциональных отношениях архитектурного объекта. Однако указанное триединство неразрешимо без обращения к «науке о числе» как важнейшему феномену образно-символического сознания. Символическая ценность числа, как принципа образного исчисления в строительной и особенно храмовой практике древности и Средневековья, является опорной смысловой структурой для дальнейшего изучения метрических принципов древнерусской архитектуры.