Священное наследие

Народ наш долгое время был слишком аполитичным, чтобы понять, что без выработки настоящей и насущно потребной национальной идеологии нам не выжить в двадцать первом веке, тем более, если конституция наша есть памятник заблуждений веков восемнадцатого и девятнадцатого.

Без единых для всех ценностей не может существовать ни одна политическая общность. Этих ценностей у нас нет.

Без осмысления и восприятия вековых ценностных установок, народ не в состоянии выполнять свою историческую миссию и сходит с дистанции истории.

Постсоветский социум, лишенный государственной скрепы, вдруг оказался скопищем законченных индивидуалистов и эгоистов, не в силах сплотиться даже для решения своих жизненных задач по физическому выживанию.

Вдруг стало ясно, что государства у нас, собственно, нет. Институт государства заменен у нас частной корпорацией. Между ней и массой населения не существует никаких переходных форм. Массы сейчас не просто отчуждены от государственного управления, они вообще отчуждены от любой формы властных полномочий, которые всецело и полностью перераспределены в пользу частной корпорации.

Современной власти крайне важно сейчас идеологически обосновать, наконец, привычку своих подданных видеть в нем авторитет, воплощенный в мощь государства. Но каким образом она может это сделать исходя из набора старого идеологического инструментария, не представляется возможным понять.

По природе своей власть обязана не просто регулировать финансовые потоки, но, через систему образования и культурной деятельности открывать народу главное, в чем его, народа, историческая ценность перед лицом вечности.

Власть должна не просто определять эти ценности, декларировать их, но и символизировать собой ценности высшего порядка. Она должна целенаправленно осуществлять реализацию этих ценностей и идеалов в плане земного бытия, которые априори реализуемы только через истинно государственную жизнь данного народа.

Истинное, традиционное государство всегда опиралось на Алтарь и Трон. Оно питалось живительными струями энергетических потоков, идущих из этих двух таинственных источников этносоциальной самоорганизации. Монархия брала поистине отеческую ответственность за сохранение формы, т. е. тела и жизни народной, оставляя индивидууму огромное социальное пространство для личной свободы и экономической самостоятельности.

Церковь пестовала и берегла его дух. Две сферы слились воедино: отечески земное дополнялось отечески небесным, и возникало то нерасторжимое единство, которое только и может быть названо государством в истинном смысле слова.

Артур Меллер Ван ден Брук, известный немецкий мыслитель тридцатых годов прошлого века, выразил эту мысль в великолепной формуле: «Трон и Алтарь гарантировали постоянство земных дел согласно надвременным установкам. И государство было их поверенным».

В государстве, как в таковом, подданные видели сосредоточения определенного этического идеала, освященного верой, имеющего неземное происхождение, но находящего себе символическое отображение именно в государстве традиционного типа.

В чем же причины упадка, в том числе того, что привел к краху историческую Россию? Разве идеал был ложен.

Да нет же.

Увы, но идеалу должны соответствовать и люди. Упадок и крах государственности начинается с падением одного человека, с умалением его духовных сил и волевых установок.

Дадим слово Артуру Меллеру ван ден Бруку, автору судьбоносного труда «Третья империя», в котором он замечательно описал симптомы и протекание той болезни, которая сгубила Россию и может окончательно погубить и наш народ.

«…С течением времени исходный смысл выветрился из обоих понятий (из понятий трона и алтаря. – Авт .), выветрился он и из патриотизма. Эти понятия …стали привычкой, а потому утратили свое предназначение».

Понятия стали обертками муляжей в сознании масс. Вера в святость традиционных государственных институтов в народе потухла задолго до революционного взрыва страстей в 1917 году.

Потеряв веру в истинность того, что почиталась самым святым, народ утерял всякую способность к пониманию добра и зла и пошел, со звериным гоготанием бесконечных «безбожных» карнавалов, к своему самоуничтожению как субъекта истории.

То, что мы до сих пор живы и осознаем себя русскими, т. е. законными наследниками истории Российской, есть несомненное чудо!

Казалось бы, наша историческая миссия окончена, вернее, осталась не выполнена, по причине нашей национальной несостоятельности, проявившейся в предательстве исконных начал нашего национального бытия, нашего народного духа. И верно в Промысле Всевышнего нам отводится еще один шанс вернуться в Историю не навозом для чужих цивилизаций и культур, но национальной личностью, с осознанным предназначением и миссией.

И путь возвращения давно предначертан и отмечен для нас.

Монархический принцип правления и современность